Изображения играло снова и снова, она смотрела на город сидя на подоконнике сжимая автоматический пистолет, покуривая синтесигарету, рядом стояла полупустая бутылка настоящего виски. Почему сидела возле окна, не для ванильных цитат из голонета, потому-что если полицейские войдут в помещение, тот она откроет огонь, в ответ они превратят её в решето и она вывалится вниз. Больше в клетку она не вернётся, никаких цепей, никаких наручников.
Она сделала это. Все эти годы мечтая об этом дне, каждого. Каждого. Собирая информацию, вычисляя. Она убила их всех, вот теперь по-настоящему свободна. Как никогда раньше, пальцы быстро прошлись по уголкам глаз, убийца так всегда поступала, когда эмоции давили через край. В Нахтмаре никому не нужны твои слёзы. Медленно алел рассвет, ознаменовывая новый день. Полиция так и не приехала…
Глава 21
Канун
Энни Феникс всегда отмечала как в определённый момент у её хозяина происходили метаморфозы, он менялся, из обходительного обаятельного мужчины Йозеф обращался в замкнутого, молчаливого, жестокого убийцу. Сколь многие кровососы игнорировали её на общих собраниях, всяких раутах и балах. Считая банальной вкусной игрушкой Кросса, мол, древний вампир тешится кровью мага. От хитрых глаз не укрывалось ничего. Все древние были невероятно разными с одной стороны, невероятно похожими с другой. Энни всегда видела одну деталь, рано или поздно каждого достаточно старого вампира начинает «накрывать», они впадают в ярость, даже можно сказать в яростную истерику, готовые рвать любого невезучего человека или нечеловека.
Переживая какой-то факт невероятно остро, говорили что Санхъя была иногда невыносима при новых исследованиях, учёным приходилось покидать кабинет, ведь если она сталкивалась с тем, чего отчаянно не понимает, то накатывала ярость.
Феникс много думала об этом, своё мнение она держала при себе, оно было простым, человек после инициации как будто «застывал», у него сохранялись привычки, цели, точка зрения. Вот только у человека она меняется с возрастом, меняется организм – меняется точка зрения. Например спортсмен бегун полагающийся на силу, с возрастом приходит к пониманию разумного расхода сил, тело уже не вывозит тех нагрузок, что раньше. Гемозависимые страдали другим недугом, если человек был вором и убийцей, он останется им, даже с клыками, налёт аристократизма быть у него может появиться. Сущность никуда не уйдёт, вампир так останется лишь вором и убийцей. Возможно человеческая психика не могла перестроиться, в силу того, что это был сложный путь. Аристократ, который привык править так и будет ощущать себя правителем, как Нефрет. Что ей было мало власти? У неё было денег достаточно чтобы половину галактики купить, нет, не этого хотела царица. Древняя наследница хотела внутри своего чёрного сердца признания, поклонения, снова статуи в её честь, снова сотни согнутых спин при одном взгляде на потомка Богов. Потому она всё это устроила, вся эта война, миллиарды жертв были принесены в жертву амбициям. Люди, вампиры, все прочие лишь дрова для костра её тщеславия.
Возможно человеческое тело просто не было предназначено для столь долгого существования, эмоции, мысли, идеи буквально топили разум.
История Кросса была иной, ещё задолго до того как человечество вышло в космос, его брата Гельмута Кросса расстреляли британцы. Вывели к стенке, дали залп. Подробности тех событий остались втайне. Произошло в рождественскую неделю, ровно накануне праздника. Согласно старому земному времени сейчас была именно эта дата. Йозефу приспичило пройтись под мрачным небольшим дождём, пускай он стоял на другой планете мысли его были там, как будто снова идёт по снегу далёкой Бельгии. Энни разумеется шла за хозяином, дабы удержать того от глупостей.
Возле ангара собралась целая толпа «ацтеков», которые улыбались, смеялись, шутили, тыкали пальцами, пока у стены стояли люди в простых серых шинелях, пленные солдаты Конгломерата, они будут главным угощением на ритуале. Им вырвут сердца, тела разорвут на куски, чтобы затем раздать верующим, кровь несчастных пропитает ангары. Разумеется всё эту вакханалию устроят жрецы, на перемещаемых алтарях.
Йозеф Кросс молча смотрела на эту сцену, не отрывая взора от солдат в серой форме, в частности от одного лица, этот человек был поразительно похож на его брата, возможно и не был, воспалённый разум кричал о другом. Похож.
Пленные стояли с завязанными за спиной руками, глядя на пластобетон, который пропитывался дождём. «Ацтеки» вокруг смеялись, явно ожидая ритуального мяса, которое будут рвать острыми зубами, когда жрецы закончат с посвящением жертв Кельтцкоатлю.
Сломленные люди ждущие казни, Йозеф сжимал шлем в руке, такая погода была не страшна вампиру, свет местного солнца застилали облака, светлые волосы облипали голову офицера, воины Кельтцкоатля носили форму чем-то отдалённо похожее на «хаки» бежевого цвета, которое носили британцы.
