Не хватало еще остальных потерять. Преступник в несколько прыжков добрался до машины, ухитрился мгновенно ключом открыть дверцу. Отзывчиво завелся двигатель – за машиной явно ухаживали. Двое так и не смогли подняться – ладно хоть живы. Яранцев ломился через детскую площадку, пугая ребятню. Гавкала болонка, вилась кругами вокруг Олежки, норовила тяпнуть за ногу. Дружно гомонили дети и их родители. Момент был незабываемый. «Москвич» резко вывернул с парковочного места, едва не зацепив соседнюю машину, помчался, разгоняясь, сделал вираж на повороте, уходя за угол. Белинский по команде начал движение, закусил от напряжения губу. На заднем сиденье как-то сладострастно дышала Зинаида, тоже волновалась. Олежка Яранцев запоздало выбежал на дорожку, растерянно завертелся, потом бросился помогать Урганову. Но тот лишь отмахнулся – без тебя, мол, коллега, на душе паскудно. Яранцев что-то заорал, бросился бежать в конец дома, чтобы исправить свою ошибку. Его подбирать не стали, только время бы зря потеряли.
– Извини, приятель, – пробормотал Белинский, вписываясь в очередной поворот. – Кто не успел, тот опоздал…
Яранцев остановился, досадливо махнул рукой и пошел помогать пострадавшим коллегам. Не сказать, что отряд не заметил потери бойца, но беспокоило другое. Лацис петлял по межквартальным проездам, автомобиль вилял багажником, как виляет бедрами падшая женщина.
– Не пори горячку, Виктор, – процедил сквозь зубы Никита. – Он нас пока не засек. Он же не знал, что будет вторая машина. Держись подальше, но не упускай из виду. Проводим гражданина, куда он там собрался, потом по-тихому возьмем.
За параллельным проездом ушли влево, проехали вдоль кленовой аллеи и ограды детского сада. «Волга» пошла резвее, вписалась в очередной поворот. Осталась за бортом школьная хоккейная коробка, напротив – футбольное поле. «Москвича» закрыл фургон с надписью «Хлеб» – водитель пытался протиснуться по узкому проезду. Белинский поддал газу. «Москвич» потерялся из вида. Но снова возник – он шел на бодрой скорости мимо районной поликлиники. До выезда на дорогу, огибающую район, оставалась пара сотен метров. Лацис вел машину ровно – и немудрено: выезды на трассу изобиловали гаишниками.
– Не приближайся, – предупредил Никита, – «Волга» – не самая ходовая марка в нашей стране, простые смертные на них не ездят. Засечет – натворит беды на дороге…
Лацис явно ехал на Кольцевую, в направлении Дмитровского шоссе. Решил сделать ноги из столицы? Это было логично. Гудели, изрыгая чад, автомобили на широкой дороге. Шла колонна самосвалов, ехали пассажирские автобусы. «Волга» не отставала от объекта, их разделяли несколько машин. Вблизи стационарного поста госавтоинспекции Лацис пошел на хитрость – занял левую полосу, и тяжелый самосвал прикрыл его от бдительных взоров инспекторов. В принципе, разумно – пострадавший Урганов наверняка выслал ориентировку. Маневр удался, «Москвич» остался на левой полосе, поехал с ускорением. Белинский, нарушая правила, обогнал по правой полосе вяло ползущий тихоход – и тоже не стал перестраиваться. Вряд ли Лацис уделял внимание соседним полосам. Заработала рация. В эфире объявился старший лейтенант Урганов. Парень прерывисто дышал – ничто на земле не проходит бесследно.
– Товарищ майор, тут незадача вышла…
– Давай без подробностей, старлей, я все видел. Если кинулись в погоню – прекращайте, только все нам испортите. Объект под наблюдением, движется на север по Дмитровскому шоссе.
– А, ну ладно… – облегченно выдохнул Урганов. – Тогда не будем пороть горячку… Две минуты назад мы скинули ориентировку всем постам ГАИ…
– Молодцы, – похвалил Никита, – но это не помешало нашему другу объехать стационарный пост. А следующий, насколько понимаю, будет нескоро. На мобильные посты рассчитывать не стоит, эти парни не всевидящие… Ладно, Урганов, сами разберемся. – Он отключил рацию.
