– Лейш! – Эйдан примчался сверху и застал ее за тем, как она подбирала первый черепок, острый край которого порезал кончик пальца, и теперь девушка наблюдала, как бусинка крови расцветает у нее на глазах. – С тобой все в порядке? – Он схватил посудное полотенце и крепко обмотал его вокруг пальца, как будто это была величайшая в мире рана. – Прости. Мне надо было помочь тебе прибраться.
– Мама пришла в себя? – спросила Алейша, не желая знать ответ.
– Придет.
Он ничего не сказал о том, что это была его тарелка, особая, декоративная тарелка. Сэндвичи так и лежали на кухонной стойке нетронутыми, пока он заметал в совок похожий на вату кроличий хвост.
Несколько часов спустя Алейша, свернувшись, лежала на диване, стараясь быть как можно незаметнее. В гостиную вошел Эйдан, постоял некоторое время, просто глядя на нее, сжимая в руке банку с пивом.
– Алейша, – мягко произнес он.
– Что? – Ей не хотелось на него смотреть.
Он сделал глубокий вдох.
– Я действительно думаю, что нам надо показать кому-нибудь маму, – сказал он, и в его голосе во второй раз за этот вечер появилась дрожь.
Стоявшая в комнате тишина эхом отдавалась в ушах Алейши. Эйдан и прежде осторожно затрагивал эту тему, но никогда не озвучивал ее так прямо. Они верили, что «в следующий раз будет по-другому». Его слова ясно говорили ей, что он в этом не уверен.
Алейша чувствовала, что он смотрит на нее, но не отвечала, прямо сейчас ей не хотелось говорить.
Некоторое время он безмолвно постоял на одном месте, а затем опять глубоко вздохнул, сел и тупо уставился на телевизионную рекламу.
– Я сегодня работаю на складе в ночную смену, – сказал он наконец.
– Тогда тебе не надо пить, – гневно бросила она. До нее доходил запах пива. – Послушай, Эйд, притворись больным и иди спать. У тебя был трудный день.
Эйдан сначала промолчал, потом ответил:
– Одна банка – пустяки.
Она посмотрела на него: по его тону, мутному взгляду было ясно, что он выпил больше одной банки.
– Кто тот парень из парка? Бойфренд? – Алейша заметила, как брат пытается принять заинтересованное выражение лица.
– Я все время торчу то в библиотеке, то здесь. Откуда у меня время на бойфрендов?
– Ты не всегда здесь, – сказал Эйдан.
– По ощущениям всегда.
– Мама говорила, что ты ей читаешь книги из библиотеки.
– По-моему, ей это нравится.
– Только будь осторожна, хорошо? Ничего провоцирующего.
– Ей нравится, это помогает расслабиться.
– Она, вероятно, даже не вникает.
– Она слушает, ей не нужно вникать.
– Хорошо, хорошо. Послушай, пригласи к нам того парня. Я хочу как следует с ним познакомиться.
– У нас не было ни одной полноценной встречи, не говоря уже о свидании, – сказала Алейша, опять поворачиваясь к телевизору.
– Почему он тогда выглядел таким дружелюбным?
– Думаю, я просто располагаю к себе людей, – засмеялась Алейша.
Хотя ей не хотелось это признавать, но мысль о Заке вызвала в ней желание окунуться в «Гордость и предубеждение», провести время за танцами, стать на миг беззаботной и почувствовать себя девушкой из девятнадцатого века, занятой флиртом, молодыми людьми, замужеством. Прогнав мысли о воображаемой жизни и возвращаясь к реальности, она подумала, каково это, если бы у нее и правда было время видеться с Заком, и он стал бы ее другом, а может, даже больше, чем другом?
Она бесцельно перескакивала с канала на канал, а потом выключила телевизор.
– Спокойной ночи, Эйдан. Иди спать. Не ходи на работу, не делай никому одолжения.
Она направилась к выходу, а Эйдан отхлебнул еще из банки. Алейша наблюдала, как он набирает сообщение на телефоне, его лицо, освещенное экраном телефона, походило на лицо призрака. Ей хотелось знать, о чем он думает.
Придя в свою комнату, она достала телефон и начала набирать сообщение кузине Рэйчел, единственному человеку, который мог бы ее понять. Но, с другой стороны, она всегда была занята учебой или работой. Как только Алейша напечатала сообщение, она уже об этом пожалела – не надо беспокоить сестру своими проблемами. Она позвонит ей в другой раз.
Вместо этого Алейша вытащила визитную карточку Зака – у нее было необъяснимое ощущение, что он был так же одинок, как и она. Ей хотелось поговорить с тем, кто не станет судить ее за то, что она чувствует себя одинокой и потерянной. Девушка записала его номер и отправила короткое сообщение:
Привет, это Алейша – девушка из библиотеки. Как дела?
Глава 22. Мукеш
Телефон трезвонил все утро. Мукеш был в замешательстве и немного запаниковал. Было восемь часов утра, обычно в это время звонили его дочери, но только один раз, ожидая, когда вызов переключится на голосовую почту. Они не названивали раз за разом. Он выбрался из постели, опасаясь, что это что-то срочное.
– Алло? – ответил он дрожащим голосом.
– Папа? Привет! – сказала Вритти, голос ее звучал звонко и жизнерадостно, громковато для утра.
– Доброе утро, дочка.
– Ты не передумал зайти сегодня? На обед?
– Да! – Мукеш совершенно об этом забыл. – Я жду с нетерпением! Мы идем в одно из тех кафе?
– Нет, я подумала, что тебе будет проще прийти ко мне. Дипали и близнецы тоже придут.
– А Рохини и Прия?
