Список гостей полностью

Люди начинают перешептываться. Я проблемная — уверена, именно это они друг другу говорят. Я сумасшедшая. Позорище.

За пределами шатра ветер носится с такой силой, что почти сбивает меня с ног.

— Сюда, — говорит Уилл. — Здесь не так дует.

Внезапно я чувствую себя слишком усталой и пьяной, чтобы сопротивляться. Позволяю отвести себя к другой стороне шатра, туда, где плещется море. Вдалеке я вижу огни материка, будто кто-то рассыпал в темноте блестки. Они то расплываются, то становятся четкими: острые, как иглы, а потом размытые, будто я вижу их сквозь толщу воды.

Теперь, первый раз за долгое время, мы остаемся одни.

Только я и он.

Мой новоиспеченный муж куда-то исчез.

— Кто-нибудь видел Уилла? — спрашиваю я гостей.

Они пожимают плечами и отрицательно трясут головами. Я чувствую, что потеряла над ними всякий контроль. Очевидно, они забыли, что приехали сюда ради меня. Раньше все кружили вокруг, до тех пор, пока это не становилось просто невыносимым, осыпали комплиментами и любезностями, заискивали, как придворные перед своей королевой. Но теперь я их совсем не волную. Пожалуй, это их шанс предаться гедонизму, вернуть ту свободу, которой они наслаждались в университете или в двадцать лет, пока не стали обременены детьми и изнурительной работой. А сегодня они могут все — общаться с приятелями, флиртовать со всеми желающими. Я могла бы разозлиться, но понимаю, что в этом нет смысла. Сейчас у меня есть проблема поважнее: Уилл.

Чем дольше я его ищу, тем больше во мне растет тревога.

— Я его видела, — вставляет кто-то. Я поднимаю голову и вижу мою младшую кузину, Бет. — Он с Оливией, она немного напилась.

— А, да, Оливия! — присоединяется очередная кузина. — Они пошли к выходу. Он решил, что ей надо подышать свежим воздухом.

Оливия, снова выставляет себя на посмешище. Но когда я выхожу, то нигде их не вижу. У входа в шатер околачивается только группка курильщиков — друзья из университета. Они поворачиваются ко мне и говорят все то, что должны, — как чудесно я выгляжу, какая это была волшебная церемония, но я их обрываю:

— Вы не видели Оливию и Уилла?

Они рассеянно машут руками в сторону моря. Но с какой стати Уиллу и Оливии туда идти? Погода становится все неистовее, а тусклого лунного света недостаточно, чтобы разглядеть тропинку.

Ветер завывает вокруг шатра, когда я захожу за угол. Вспомнив недавний несчастный случай, я чувствую, как желудок сжимается от ужаса. Оливия же не станет делать такую глупость?

Наконец я замечаю у моря их силуэты, освещенные светом из шатра. Но какая-то неуловимая интуиция не позволяет мне окликнуть их. Я понимаю, что они стоят слишком близко друг к другу. В такой темноте две фигуры почти что сливаются воедино. На какое-то ужасное мгновение мне кажется… но нет, наверное, они просто разговаривают. И в этом нет никакого смысла. Кажется, кроме коротких вежливых бесед моя сестра никогда не говорила с Уиллом. Они едва знают друг друга. Встречались всего один раз. И все же им будто есть что обсудить. О чем они вообще могут разговаривать? И зачем идти сюда, подальше от глаз гостей?

Я осторожно иду вперед, как воровка, прокрадываюсь в сгущающейся тьме.

— Я все ей расскажу, — говорю я. Мне сложно выдавить из себя слова, но я пытаюсь. — Расскажу… расскажу ей про нас.

В памяти всплывают слова Ханны: «Всегда лучше обо всем рассказывать, даже если это что-то постыдное, даже если тебе кажется, что люди тебя осудят».

Он зажимает мне рот рукой. Это повергает меня в шок. Я чувствую запах его духов. Помню, как и раньше слышала его на своей коже после наших встреч. И наслаждалась этим, думая, какая я взрослая. Теперь меня от него тошнит.

— О нет, Оливия, — произносит Уилл, его голос все еще почти добрый и заботливый, но от этого становится только хуже. — Вряд ли ты это сделаешь. Ведь тогда ты разрушишь счастье своей сестры. Это ее свадьба, маленькая ты дурочка. Ты слишком дорожишь Джулс, чтобы так с ней поступить. И ради чего? Будто между нами когда-нибудь что-то произойдет.

С другой стороны шатра раздается громкая болтовня, и, возможно, он боится, что кто-то увидит нас, потому что убирает руку с моего рта.

— Я знаю! — кричу ему. — Я и не об этом говорила… я этого не хочу.

Он вскидывает брови, словно не знает, верить ли мне.

— Тогда чего же ты хочешь, Оливия?

«Больше не чувствовать себя так ужасно, — думаю я. — Избавиться от этой кошмарной тайны, которую я таскаю за собой». Но я не отвечаю. Поэтому он продолжает:

— Я понял. Ты хочешь мне отомстить. Я признаю, что плохо тогда повел себя. Мне следовало открыто порвать с тобой. Возможно, надо было рассказать правду. Но я не хотел никому причинить боль. И можно я буду с тобой честным, Оливия?

Он выглядит так, словно правда ждет ответа, поэтому я киваю.

— Я думаю, что если бы ты хотела все рассказать, то уже давно рассказала бы.