Спасибо маме и папе за юмор и чудесное детство. У Белых Снежаны Абубакаровны, девочки-мулатки с таким именем, любая мелочь становится приключением.Мой начальник, хам и по совместительству очаровательный великан, не думал, что геолог с такой фамилией может оказаться девушкой. И вот теперь я в Снежногорске воюю со стереотипами и противным Владыкиным, считающим себя владыкой всего в этом городе.
Спасибо маме и папе за чудесное детство. Они сделали всё, чтобы я чувствовала себя каждый Божий день особенной, не такой как все. Благодаря их стараниям я училась на пятёрки и не ходила ни на какие вечеринки, потому что в Химках трудно расти девочке-мулатке по имени Белых Снежане Абубакаровне. Ничего просто не остаётся, как закрыться дома и заниматься учёбой, надеясь одним прекрасным днём укатить подальше из города, страны, планеты…
Чтобы быть ближе к своей мечте, сначала я хотела стать космонавтом, но меня не взяли, потому что мой отец не был резидентом нашей страны. Потом я хотела стать стюардессой, чтобы улететь, но не прошла по состоянию здоровья.
Пока я металась между профессиями своей мечты, набор во все мало мальские престижные ВУЗы завершился и единственное место, куда меня взяли на бюджет – горный университет на геолога. И мне ничего не оставалось как учиться на геолога, надеясь, что Снежана Абубакаровна станет заслуженным геологом Российской Федерации.
Красота? Согласна, мечта любой молодой девушки.
На курсе из двухсот людей было всего две девушки я и самогонщица Нинка из Курской области, что поступила по блату, её родители спились, когда ей было двенадцать. Судя по всему, у Нины были такие же планы, потому что самогон она гнала прямо в общаге, подбухивая с пацами.
Я всегда думала, что Нинка сопьётся и не доживёт до выпускного, но проныра споила нашего однокурсника Пашку, чьи родители неплохо устроились в угледобывающем предприятии, удачного залетела от него и вышла замуж. Родители Пашки подарили им квартиру в центре, осыпали деньгами, чтобы они ни в чём не нуждались. И из однокурссница волшебным, по взмаху кредитной карты, образом из самогонщицы Нины превратилась в Дубову Нину – светскую львицу и блогера всея Руси. Молодую мать, успевающую всё на свете: и в зал сходить, и пирожков налепить и мужу хорошо дать. Не женщина, а золотая блядина, то есть рыбка. Или как там в сказке было?
А я что? А я, как всегда, в жопе в прямом и переносном смысле этого слова!
– Снежана, ты большая молодец. Твоя дипломная работа произвела впечатление на Владыкина Герасима Акакиевича. – А на меня произвело впечатление сочетание его имени и фамилии. Я думала мне одной посчастливилось стать Белых Снежаной при моих данных. Неловкость состояла в том, что моё имя и фамилия резко контрастировали с цветом кожи. – Поэтому с его согласия, мы решили по распределению от института направить тебя работать к Владыкину. Это колоссальный опыт и возможности. От него все выходят успешными и востребованными специалистами.
По уставу нашего университета, все студенты бюджетники должны были три года отработать по распределению от университета, заплатить дань, так сказать.
– Спасибо. – Я не могла вспомнить никакого Владикина и его предприятия. – А какое это предприятие Москвы?
– Это не в Москве, а в Снежнегорске на Камчатке. – Из меня даже истерический смех вырвался из груди. Да это просто судьба. Снежнегорск. Шутка какая забористая.
Это же розыгрыш?
– Георгий Александрович, какой Снежнегорск? Вы обещали мне, что я останусь в Москве. – Даже глаз задёргался.
– Ну, прости, девочка моя. – ректор снимает очки. – В Москве оставалось только одно место, а на него похлопотали за Нину. Я не мог отказать. Больше ничего не осталось, поэтому тебе достаётся Снежнегорск, но поверь мне, после работы на Владыкина тебя с руками и ногами оторвут.
– Это за то, что я отказала? – кручу кольцо на руке. Полгода назад ректор подкатывал ко мне, нагло пытался развести на секс. – Не согласилась спать с Вами, вот Вы мне и мстите?
Губы ректора изогнулись в улыбке, он посмотрел на меня сверху вниз, немного приспуская очки на переносице.
– Девочка, такую как ты я ебал на завтрак, не преувеличивай свою значимость. Лучше пакуй вещи. Ты должна прибыть на предприятие через три дня. Если не хочешь отрабатывать, прошу до завтра перечислить на счёт университета три миллиона рублей за твоё обучение.
Я уже говорила, что я в жопе мира? Да? Нет?
Я в Снежнегорске! В городе с населением «пересчитать по пальцам», полным отсутствием магазинов и других проявлений жизни.
– Здравствуйте. – я подошла к мужчине с табличкой «Белых». Владыкин, как образцовый начальник, пообещал меня встретить в аэропорту, чтобы я не заблудилась. Как-будто в пяти домах можно было заплутать. – Вы Герасим Владыкин?
Мужчина посмотрел на меня как-то странно, подался назад, чтобы рассмотреть получше. Сглотнул, выгнул бровь и сказал:
– Нет, я не Герасим Акакиевич.
– Окей, Я Снежана Белых, давайте знакомиться. – Я протянула руку мужчине, а он ещё сильнее вытаращился на меня. Здесь что, никогда не видели мулатов? – Ожидали кого-то другого?
– Герасим Акакиевич сказал молодого геолога Белых встретить.
– Я и есть молодой геолог. Снежана Белых. – Терпеливо повторяю, чувствую, как иссякает моё терпение.
