Долго терпеть сей муки, пробуждающей его голод до любовных ласк, он не смог. Взявшая его за руку дама повела за собою, оставив одежду лежать на полу, а следивший за ними Серж с удивлением смотрел вслед и вскоре улыбался, слыша глубокие, чувственные вздохи, которые доносились со двора...
Прильнув к окну, три девушки следили за происходящим на кухне одного из трактиров. Одетые поверх платья в мундиры и треуголки, они улыбались и махали ручками в приветствие обратившему на них внимание повару и его помощнице-кухарке. Те смотрели в ответ, с удивлением переглянувшись, будто повстречали нежеланных гостей.
Тем временем на кухню вошла пожилая дама, тоже в военном мундире поверх атласного платья и в фуражной шапке. Она что-то повелительно сообщила повару, резко вытянув перед его лицом руку с письмом. После этого, погрозив пальцем, что-то сказала и удалилась прочь.
Ещё некоторое время повар зачитывал содержимое письма и чесал в затылке. Кухарка что-то с улыбкой спрашивала, но повару, как видно, было не до улыбок. Он свернул послание в несколько раз и спрятал за пазуху...
-Всё! - громогласно сообщила вышедшая к девушкам пожилая дама и ударила о свои ладони так, будто смахнула с себя какую грязь. - Ещё немного осталось!
-Мамка Дина, ты это уж который раз обещаешь, - жалостливо смотрела одна из девушек. - Уж в баньку хочется.
-Да к солдатикам, - мечтательно вздохнула её подруга рядом, а другая задорно засмеялась.
-Молчите, мои маркитантки, - засмеялась с ними вместе мамка Дина и, обняв за плечи, пролепетала. - Раз уж французики всё захапать желают без уплаты, пусть нас тогда спасут русские. Нам же на руку было сие путешествие. Однако, скоро, скоро узнают русские войска, где мы да спасут. А там и будут вам баньки, солдатики и их денежки.
С этими словами она поспешила удалиться к столпившемуся у трактира французскому полку и что-то стала рассказывать на французском языке, от чего военные тут же смеялись и пили за её здоровье...
-Брр, - вздрогнула, глядя на них одна из девушек-маркитанток. - Что-то аж в холод бросает. Не дай Бог таким достаться.
-Не заболей, Софьюшка. А достанешься тому, кому пожелаешь, помни, - ласково молвила подруга. - Скоро родные края увидим... Не так далеко осталось. Вновь война будет, каждый сие чует.
-Разграбят, разобьют наши края, - вздохнула другая и тут же, будто очнулась от неприятного сна, стала улыбаться. - Одна надежда на солдатиков.
-Ой, тебе, Люси, только солдатиков подавай, - засмеялась подруга, а та кивнула на Софью:
-А тебя там, как обещали, как уговаривались, отдадим одному из них!
-Ой, милая моя Марта, страшновато, - пожала плечами та, но кивнула. - Но! Может если много вина выпью?
-Устроим, - засмеялись довольные подруги и крепко обнялись. - Ты как запоёшь, всех солдатиков околдуешь, а уж там настоящей женщиной станешь!...
Они смеялись и надеялись на успех предстоящих событий. Заметив же вышедшего на двор мальчика, подруги обратили внимание на махнувшего им рукою повара и всё поняли.
-Он посланник? - удивилась Софья, и Марта шикнула:
-Тихо ты. Отвлечём французов! Пошли танцевать и петь!
Подруги тут же стали пританцовывать, а следовавшая за ними Софья запела красотою чистого, звонкого голоса. Пела нежно и так, что трогала душу каждого... Французы зачарованно смотрели на прекрасных девушек, с чувством исполняющих перед ними танцы и песню:
Не грусти, мой свет! Мне грустно и самой,
Что давно я не видалася с тобой, -
Муж ревнивый не пускает никуда;
Отвернусь лишь, так и он идет туда.
Принуждает, чтоб я с ним всегда была;
Говорит он: "Отчего невесела?"
Я вздыхаю по тебе, мой свет, всегда,
Ты из мыслей не выходишь никогда.
Ах, несчастье, ах, несносная беда,
Что досталась я такому, молода;
Мне в совете с ним вовеки не живать,
Никакого мне веселья не видать.
Сокрушил злодей всю молодость мою;
Но поверь, что в мыслях крепко я стою;
Хоть бы он меня и пуще стал губить,
Я тебя, мой свет, вовек буду любить.*
Софья пела, её подруги танцевали, и никто не обратил внимания, как тем временем мальчишка удалялся всё дальше и дальше по дороге. Там, не долго задержавшись у офицеров на границе, он был пропущен и убежал скорее на исполнение задуманного...
* - А. П. Сумароков, 1770 г.
Проснувшись поздним утром, Данило сладостно потянулся и вдруг вспомнил, что накануне провёл полную нежности ночь с гостьей его лесничего домика. Насладившись страстными минутами на дворе, они тихо вернулись в спальню и легли в одну постель. В той же спальне извозчик уже давно спал глубоким сном.
Однако, к своему разочарованию, Данило теперь обнаружил, что гостьи, как и не бывало... Он лежал один в своей постели, на соседней кровати тоже пусто, а из-за распахнутого окна доносились трели лесных птиц.
Скорее собравшись, Данило вышел к уже сидевшему за столом другу, и тот сразу заулыбался:
-Герой проснулся!
-Где она? - прошептал Данило, и Серж кивнул на выход:
-Гуляет. Готовятся в Петербург уж уехать. Я еду с ними! Всё одно по пути. Ты с нами?
-Боюсь, - не договорил Данило, как в дом вошла и сама гостья:
