Спокойной ночи, красавчик полностью

– О боже, – шепчет Энни. – Этот говнюк позвонил репортеру.

– Мне жаль, Энни, – говорит Джозефина, когда одна из работниц кухни выходит в столовую с тарелкой феттучини альфредо, завернутой в пленку.

Энни не может оторвать глаз от текста, поражаясь, что Шихи хотя бы ограничился этим и не разболтал репортеру о переписке с ее телефона. По словам шефа полиции Франклина Шихи, мистер и миссис Статлер также практиковали извращенный сексуальный ритуал, в котором миссис Статлер притворялась пациенткой по имени Чарли.

Энни запихивает газету в сумку, берет тарелку с едой и выходит из столовой. Маргарет в своем кресле, смотрит в телевизор с отсутствующим выражением лица, когда к ней входит Энни.

– Вот, держите, – говорит Энни, стараясь, чтобы голос звучал бодро. – Ваш обед. – Она ставит поднос на металлическую тележку рядом с кроватью Маргарет и разворачивает столовое серебро из салфетки. – И помните, Сэм уехал ненадолго. Я на днях еще приду. Мне надо на занятия. Вам еще что-нибудь нужно?

Маргарет молча уставляется на свою тарелку и начинает есть. Энни целует ее в щеку и открывает дверь, как раз когда в нее собиралась постучать пожилая женщина с ходунками.

– Вот, передайте это Маргарет, – говорит она, протягивая Энни фиолетовый маркер для «Бинго». – Ее сын оставил его вчера вечером.

– Ее сын? – переспрашивает Энни, забирая у нее маркер.

– Да. Они сидели за моим столом, и он мне его дал. Этот маркер никуда не годится. Везде протекает.

– Вы уверены?

– Да, уверена. – Старушка поднимает правую руку, все ее запястье – в фиолетовых пятнах. – И никак не отмывается.

– Нет, я имею в виду, что ее сын был здесь.

– О. Да, он был здесь. Приходит каждую неделю на «Бинго». – Она бросает взгляд на Энни. – Я одна из немногих здесь, кто все еще в своем уме. Поверьте мне, это был ее сын.

– Спасибо, – говорит Энни. Старушка разворачивается и шаркает по коридору в свою комнату. Энни направляется в вестибюль, по пути бросив маркер в мусорное ведро. За стойкой никого нет, и Энни останавливается, чтобы просмотреть журнал регистрации гостей, водя пальцем по списку подписей, ища имя Сэма. Она отгоняет эту мысль. Конечно, вчера его здесь не было. Эта старая женщина – сумасшедшая. Энни выходит через раздвижные двери, но, добравшись до парковки, разворачивается и спешит обратно, не в силах остановиться. Дверь в кабинет Салли Френч слегка приоткрыта. Она стучит и заглядывает внутрь. Там пусто.

– Она в столовой, обедает, – говорит молодая женщина, проходя мимо. – Сейчас вернется. Можете присесть и подождать, если хотите.

– Спасибо, – благодарит Энни. Женщина скрывается в комнате для персонала, а Энни находит в сумке телефон.

– Это Энни Поттер, – говорит она, когда отвечает Джон Джентли. – Шеф Шихи там?

Она слышит щелчок, а затем на линии появляется Шихи. – Доброе утро, миссис Статлер.

– Я – Поттер, и какого черта вы разболтали газете насчет долга Сэма?

– Прошу прощения?

– Она понижает голос. – Не включайте дурака, Франклин. С какой стати вы позвонили репортеру и выложили ей…

– Во-первых, – перебивает ее Шихи, – я не говорил ей о долге. Она уже о нем знала.

– Что значит – знала? – Спрашивает Энни.

– То и значит, что она уже знала. «Привет, Шеф, это бла-бла-бла», – пародирует он манеру журналистки. – «Нам прислали подсказку, что Сэм Статлер на момент исчезновения был в больших долгах. Что вы об этом скажете?» – Энни слышит, как под весом Шихи скрипят пружины кресла. – Что вы хотите, чтобы я сделал? В отличие от некоторых в этой стране, я еще верю в свободную прессу.

– Подсказку? – Говорит Энни. – О долге знают только два человека, Франклин. Вы и моя кузина. И это точно не она.

– И не я, миссис Статлер.

– Я – Поттер, – повторяет она. Внешняя дверь открывается, и входит пара лет семидесяти. – Мне кажется, я понимаю, откуда взялся этот долг.

– О? Пожалуйста, продолжайте.

– Сэм получил кое-какие деньги от отца, – поясняет Энни. – В подарок.

– Не могли бы вы уточнить? – Спрашивает Шихи.