Вскоре поезд тронулся с места и начал медленно разгоняться. Вагон наполнился привычным стуком колёс. Ни о какой шумоизоляции здесь речи не было. Окна тоже отсутствовали. Даже на проплывающий за окном пейзаж не полюбуешься.
Мы с Василием последовали примеру командира и успели занять место у стены. Долго соображавшим пришлось раскладывать спальники посреди вагона, что было неудобно психологически.
В отличие от остальных штрафников, я продолжать ходить в шлепанцах. Правда то, что не воняют мои ноги, не спасало меня от подобных ароматов, стоило кому-то другому снять сапоги.
Командир ни к кому не лез с вопросами и указаниями. Складывалось впечатление, что он всё пустил на самотёк. Помня предупреждения Васи, я не раз замечал внимательный взгляд командира, обращённый на кого-то из нас двоих.
Наши девицы, несмотря на свою «красоту», быстро обзавелись кавалерами. С руками и тупыми подначками к девушкам никто не лез, и те немного расслабились. Нет, нет, но в их жестах и поведении проскальзывали нотки явного превосходства, и привычка быть в центре внимания.
Василий тоже выделил особенность их поведения:
— Та, что с родинкой, точно имеет хорошее воспитание и явно занималась танцами. — Поделился он шёпотом своими наблюдениями. — Вторая, пытается ей подражать, но выходит плохо. Значит, она из простолюдинов. За что, интересно, её осудили?
— Тебе не всё ли равно? — Девицы не вызывали у меня никакого интереса, кроме научно-исследовательского. — Хочешь совет? — Василий с любопытством глянул на меня, ожидая продолжения. — Поговорку «женщина на корабле — к беде» не на пустом месте придумали. А мы, считай, что на корабле. Здесь лишняя привязанность может послужить причиной необдуманного поступка и привести к смерти.
— По твоим словам выходит, что нам тоже сильно сдруживаться не стоит.
— Возможно. Учитывая смертность среди штрафников — это оптимальная модель поведения в нашем маленьком коллективе. — Серьёзно ответил я, а потом ухмыльнулся. — Однако, как я, не втеревшись к тебе в доверие, смогу узнать подробности о жизни в этом мире?
Я в армии не служил, но хорошо знал, что инициатива делает с инициатором, поэтому не лез командовать и решать проблемы. Желающих выделиться и так хватало. Довольно быстро нашлись повара, умеющие прилично готовить. Как ни странно, на мой взгляд, но девушек среди «поваров» не оказалось. Посуду мыли каждый за собой, а общую — по жребию. Командир лишь несколько раз давал добро на использование продуктов и вещей. В остальные процессы, происходящие в вагоне, он не вмешивался.
От Воркуты до Аберрации ехали дольше, чем от Архангельска до Воркуты. Наконец, дробный перестук колёс начал замедляться. Поезд плавно тормозил, пока не остановился. Щёлкнул замок на двери вагона. Явно сработала какая-то автоматика. Или магия. Но дверь осталась закрытой.
— Приготовиться к выгрузке! — Раздался зычный голос командира. — Седьмой, ты же видел, где запасная форма лежит. — Уже тише произнес он. — Выбери себе сапоги.
Командир подошел к двери и начал с ней проделывать хитрые манипуляции. Не так-то прост оказался наш вагон. В итоге она отъехала в сторону, открывая вид на тайгу. Друг за другом штрафники спрыгнули на насыпь. Все принялись озираться и с удовольствием вдыхать свежий воздух. Я присоединился к ним последним, зато в новеньких сапогах.
Наш вагон стоял на путях в гордом одиночестве. Ни впереди, ни позади него других вагонов не было. Сразу за насыпью начиналась глухая тайга.
— Построиться! — Прозвучала новая команда.
Наш командир весьма ловко соскочил на землю и начал прохаживаться перед жиденьким строем.
— Слушаем вводную. — Он остановился и повернулся к нам лицом. — Отсюда до тумана пять километров. На этом промежутке вы должны выбрать себе место под лагерь и перенести туда вещи. Продуктов я вам выдаю ровно на неделю. Через семь дней вы должны всей группой зайти в туман. Предупреждаю один раз, попытка пересечь железку. — Он махнул рукой в сторону железнодорожных путей. — Закончится для вас плачевно. Вопросы? Вопросов нет. Разойдись!
Толстяк развернулся и ловко забрался обратно в вагон. Первые мгновения строй ошарашенно пялился на открытый вагон. Потом Третий, взявший на себя негласное лидерство, громко сказал:
— Подходите ко мне. Обсудим, что делать. — Народ собрался в круг. — Предлагаю выбрать место поближе к Аберрации, но в любом случае нужно провести разведку местности.
— Согласен. — Произнёс я. Василий сразу присоединился ко мне.
— Пять километров по лесу! — Возопил худой парень. Кажется, Девятый. — Да мы сдохнем, пока все вещи перенесём. Если не считать продуктов, то их пол вагона! Давайте прямо тут лагерь организуем?
— Запас карман не тянет, так же, как и своя ноша. — Возразил я. — Сюда мы будем ходить раз в неделю за продуктами, если я правильно понял, как именно нас хотят контролировать. Заходить в Аберрацию нам предстоит намного чаще. Лучше единожды напрячься, тем более время для этого есть, чем потом каждый раз уставшими тащиться целый час до лагеря от тумана.
