— В той стороне мы. Европейцы в противоположной. — Всё-таки уловила она моё движение.
— На улице светает? — Задал я Тинил, как всегда, неожиданный вопрос.
— А ты не видишь? — Удивилась она.
— Я не различаю. Для меня нет полной темноты. — Улыбнулся я, видя её ошарашенное выражение лица. — Но это относится только ко мне. Остальные мои товарищи по несчастью такой способностью не обладают.
— Почему?
— Среди них я тоже инопланетянин. — Пожал я плечами.
— Почему «товарищи по несчастью»? — Уточнила женщина.
— Долго объяснять. — Я подошёл к ножу, валявшемуся в углу, поднял его и вручил Тинил. — Мне надо вернуться. Долго хожу. Вася, наверное, беспокоится. Как бы глупостей не наделал. Ты сюда опять сможешь прийти?
— Зачем? — Она спрятала нож под одеждой на запястье.
— На свидание! — Хмыкнул я. — Или ещё поговорить. Вдруг смогу помочь в вашей войне.
— Я тогда приду не одна. — После короткого раздумья ответила Тинил.
— Без проблем. Главное, чтобы это не нарушило нашей и так хреновой маскировки. — Добавил я. — Можешь захватить хорошую верёвку метров двадцать длиной и три мешка для трупов?
— А это зачем? — Устав от неожиданных вопросов, со вздохом спросила она.
— У меня трое мертвецов лежит в развалинах. Их бы похоронить по-человечески.
— Вы хороните своих мертвецов в мешках? Надеюсь, не расчленяете перед этим? — Тинил с подозрением посмотрела на меня.
— Тьфу на тебя. У нас… То есть, у меня, в моём мире. Для перемещения покойников используют специальные мешки. Большие такие. — Терпеливо объяснил я. — А хоронят в земле на кладбищах. Как у них хоронят, не знаю, но оставлять трупы гнить в развалинах, тоже не дело.
— Похороним мы твоих людей, и без мешков обойдёмся. — Объяснение её удовлетворило. — Когда встретимся? И где?
— Здесь. Часов через восемь. Тебе хватит времени?
— Должно хватить. Подождёшь, если что. — Тинил скользнула к окошку и осмотрела улицу.
— Только давай без глупостей, вроде захвата в плен. — Предупредил её на всякий случай. — Не хочу никого из своих убивать. То есть из ваших.
— Всё будет честно, пока ты сам не нарушишь нейтралитет. — Сказала Тинил напоследок и выскользнула в окно.
Тинил вернулась из разведки, когда окончательно рассвело. Обратный путь прошёл спокойно. К сожалению, задание она выполнить не смогла. Посчитала, что информация о «госте» важнее, чем осмотр завала через Околокремлёвский проулок. Всё равно Эттув не ставил ей чёткой задачи, а отправил в разведку больше для разминки и вхождения в тонус после госпиталя.
— Нутеиги, ты из разведки? К командиру на доклад? — Окликнул Тинил знакомый боец.
— Да. — Кивнула женщина. — Сначала в медпункт заскочу, а потом на доклад.
— Тебя ранило? — Забеспокоился парень. Тинил уважали и очень ценили как бойца.
— Слава духам, нет. Я по другому вопросу.
Дойдя до мобильного госпиталя, она нашла знакомого хирурга, который, к счастью, оказался не занят.
— Кагье, мне срочно нужен рентген ноги. — обратилась Тинил к нему.
— Пуля зашевелилась? Болит? — Поинтересовался пожилой хирург. — Предлагал же тебе её удалить. Я ведь не тот фельдшер-костолом, который тебя в госпитале лечил.
— Давай сделаем снимок, а там видно будет. — Не стала она объяснять причину.
— Ну пойдём. — Согласился медик. Завёл её в закуток с рентгеновским аппаратом и указал на стул возле него. — Скидывай штаны и ложись на стол.
— Может, объяснишь? — Кагье вышел из проявочной. В руках у него была рамка с ещё мокрым снимком.
— Пули нет? — Больше утверждая, чем спрашивая, произнесла Тинил.
— И мне интересно, как ты от неё избавилась. Покажи рану. Тебе её хотя бы обработали по всем правилам? — Хирург опустил взгляд на ногу женщины.
— Нет никакой раны. — Тинил продемонстрировала обнажённое бедро со всех сторон. Кроме недавнего шрама от операции, других следов хирургического вмешательства не наблюдалось. — Подробности пока не могу рассказать. Нужно разрешение командования. Про исчезновение пули тоже не треплись. По крайней мере, до решения Эттува.
— Хорошо. — Пообещал хирург. — Снимок, как подсохнет, я к твоему делу подошью.
— Спасибо, Кагье. Пойду на доклад. — Тинил быстро оделась и направилась к выходу.
Эттув, командир их небольшого разведотряда, внимательно слушал подробный доклад от стоявшей перед ним разведчицы.
Его кабинет находился на первом этаже некогда жилого дома. Мирных жителей эвакуировали с началом боевых действий в городе. Артиллерию противоборствующие стороны применять опасались. Поэтому надобность прятаться по подвалам отсутствовала.
У Тинил было время привести мысли в порядок, а память у неё всегда была отличная. Так что разговор с «пришельцем» она помнила и пересказала его почти дословно.
— Садись. — Поняв, что больше ничего не услышит, распорядился Эттув и начал задавать вопросы. — Как он говорил? Акцент, незнакомые слова, странные обороты речи?
— Всего понемногу. Акцент едва чувствуется. Больше на говор сибиряков похож. Странных оборотов тоже хватает. Они понятны по смыслу и не требуют объяснения. Просто у нас так не говорят.
