Донат после удивительного завтрака с Пани спешил к воеводскому дому. Собакин помнил, что толпу с его крыльца прогнал молодой стрелец. Он велел узнать его имя, и теперь Донат нес караульную службу в покоях Никифора Сергеевича. Донат переулками сокращал путь. И вдруг лицом к лицу – Федор Емельянов. Красный, едва дышит. Увидел Доната, встал как вкопанный. А по соседней улице шум катится – погоня.
Донат – к забору, согнулся.
Дядюшка все понял. Залез племяннику на спину – тому не привыкать – и кулем перевалился через забор.
Тут и толпа появилась. Подбежали к Донату:
– Не видел Емельянова?
– Емельянова не видал, а какой-то мужик вон в тот проулок пошел.
Ринулась толпа, куда ей указано было, а Донат шапку снял, пот со лба вытер.
Идет, головой сам на себя качает: что значит кровь родная!
И вдруг сердце так и остановилось: Федор бежал из дома. А ведь в этом проклятом доме мать и сестры.
