Нужно было срочно взять себя в руки, но от избытка чувств и энергии, у меня это не получалось и единственный выход, который я видела на тот момент, это телефон.
Чуть прищурившись, чтобы не пугать Алекса я подошла к нему, я чувствовала как моё тело вибрировало и просило выхода энергии.
— Дай телефон! — почти приказала я, мне было очень сложно себя контролировать, так как такого выплеска у меня ещё не было.
Алекс недолго думая достал свой мобильник и протянул мне, после чего я также содрала с него его очки и нацепила их на себя.
— Эээ… — только и смог сказать Алекс.
Хотя черные мужские авиаторы на мне смотрелись, так себе, но на данный момент это было лучше, чем кошачьи глаза.
Быстро набрав номер брата, я его ещё заучила наизусть ещё в школе, когда были первые всплески, так как только он знал как мне помочь.
— Готовь комнату! — два слова и только мы понимали, что они значат.
Отдав телефон, я повернулась в сторону машины, а в груди защемило. Перед мной стоял мой наполированный зверь, во всей его красе.
— Кира, все в порядке? — уже взволнованно спросил Алекс, но я не хотела терять время, а просто показала ему жест ОК.
Рухнув в машину и скинув очки, я сорвалась с места, стараясь как можно быстрее добраться до нашего тайного ангара.
Это было давно заброшенный и купленный братом военный полигон, уходящий на несколько этажей под землю.
Там мы и оборудовали комнату, для меня, когда я подвергалась сильным всплескам энергии, которые я не знала как контролировать.
Кир, уплотнил стены в нем на столько, что мне казалось он готовился к ядерной войне, а не как к моим выплескам.
Раньше я могла успокоиться, отправив какую-нибудь вещь и даже не одну в воздух и левитировать ими, или взорвать что-нибудь, но с каждым разом вещи были все большего и большего размера, даже сейчас я чувствовала, что эти стены могли меня не удержать.
Минимальными, практически крошечными как крупицы, я направляла силу на то, чтобы рассосать все пробки и переключать светофор на зелёный, я не могла медлить, так как могли пострадать люди.
— Господи мам! — ударила я по рулю, от чего вся машина задрожала. — Как же ты мне нужна, ты бы объяснила как ей управлять! — рычала и злилась я.
Спустя почти невероятно долгих сорок минут, я влетела на заброшенную парковку усыпанную гравием, заднюю часть зверя занесло так, что машину развернуло на сто восемьдесят градусов, разбрасывая камешки из-под колес в разные стороны.
В считанные секунды, дверь с моей стороны распахнулась и ко мне потянулись руки.
— Давай родная! — пытался поднять меня Кир, на что я оттолкнула его руки.
Кожу жгло от прикосновений, а тело будто разогретый сосуд до невероятной температуры, который вот-вот сейчас лопнет если не открыть крышку.
Как оказалась в комнате даже не помню, рухнув на колени и сбивая их в кровь, я сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, расслабляясь отпуская и выпуская все, что так было тяжело держать в себе.
Раскинув руки в стороны, моё тело выгнуло дугой, разрывая от большого количества энергии.
Комната задрожала, потоки энергии словно цунами хлынули из меня, снося все на своем пути. Ударяясь об стены и сталкиваясь между собой, они сотрясали комнату, на несколько этажей вверх и вниз.
Все что находилось в тот момент в комнате, столы, стулья, кровать и разные мелкие атрибуты, разлетелись в мелкие щепки.
Рухнув на руки, я глубоко дышала, пытаясь отдышаться и собрать себя в единое целое.
Боль — это боль. Всепоглощающая и беспощадная.
Счастья — это боль. Расслабляющая и приносящая спокойствие и умиротворение.
Наконец-то отдышавшись и открыв глаза, я увидела обеспокоенного Кира. Его глаза были словно блюдца, а лоб даже слегка вспотел покрывшись мелкими капельками пота.
— Ты как? — поднимая меня на руки, словно я маленький ребенок.
— Нормально, только спать теперь хочу! — уже засыпая, и еле разлепляя глаза шептала я, удобнее укладываясь у брата на руках.
— Потерпи, придется отвезти тебя домой!
— Как домой? — удивилась я, в этом помещении было как минимум весь третий этаж как спальные койки.
— А вот так! — опуская мою тушку на пассажирское сведенье зверя и пристегивая меня. — Мы были на втором этаже. — заговорил Кир, когда занял водительское место. — Не знаю как, но уцелела только твоя комната и лестница на верх, на которой был я, все остальное рухнуло! Это был самый сильный выплеск Кир, за все твои годы, даже во время гибели родителей, ты была не так сильна! — смотрел он на меня, так как будто я должна была сейчас ему все объяснить.
А фиг я тебе, что объясню если я сама ничего не знаю!
— Что случилось Кира? — брат смотрел на меня, с тревогой в глазах.
А мне было не по себе от того, что я могла причинить ему боль или кому-нибудь другому. Но и скрывать я не могла от него это, поэтому набрав в грудь побольше воздуха я решилась сказать ему.
— Я была счастлива! Вот меня и накрыло! — выпалив эти слова, я зажмурилась, будто сейчас Кир начал бы орать меня, говоря какая я дура, но спустя неимоверно долгие секунды, а следом и минуты ничего не произошло и я решилась открыть глаза.
