Увидев Майка и Аннеку вместе, Черри была потрясена до глубины души. Будучи человеком, который обычно гордился тем, что мог найти выход из любой ситуации, она не знала, как поступить. Сделать вид, что ничего не изменилось, означало жить во лжи и позволить ему выйти сухим из воды. Вызвать его на откровенный разговор означало драму, безобразную сцену и трудный выбор.
После всего, через что они прошли, это было чертовски несправедливо! Если бы она не пошла искать мужа… Быть может, она все преувеличивает? С ней такое случается от переутомления, а день выдался длинный и трудный. Не исключено, что она стала свидетельницей короткого флирта, вызванного алкоголем. Лучше об этом забыть.
Надо спать, сказала себе Черри, вытирая слезы. Часто ответы являлись ей во время сна: бессознательное приходило на помощь и распутывало сложные узлы, которые завязывались в жизни. Утро может внести ясность. Вероятно, утром окажется, что она напрасно разволновалась.
Завтра она отправится в Рашбрук. Там на все можно взглянуть другими глазами. Она была уверена, что Рашбрук даст ей ответ.
– Снимем шкурку с кролика!
Роза не была уверена, что фраза подходит для трехлетнего ребенка в наш брезгливый век, но именно так говорила прабабушка Кэтрин, когда Роза была маленькой и ее переодевали перед сном или утром. Ведь люди живут, передавая традиции, поговорки и обычаи из поколения в поколение, разве не так? И ты участвуешь в этом процессе. Поэтому она будет повторять это выражение в память о Кэтрин.
К тому же, похоже, Герти не против. Она подняла руки вверх, и Роза стащила с нее пижаму и натянула полосатую футболку с длинным рукавом и вельветовый сарафан, одним глазом поглядывая на часы. После вчерашнего праздника они опаздывали, а Роза терпеть не могла спешку, поскольку это означало, что у нее не останется времени как следует пройтись по своему мысленному списку. А от этого зависело, как она будет себя чувствовать весь оставшийся день. Если не пройти всю процедуру, она будет нервничать, а ее мозг станет прокручивать моменты, которые она могла упустить. Хотя, разумеется, ничего ужасного не случится, если что-то будет упущено. Ей приходилось напоминать себе об этом. Постоянно. Ничего страшного, если ланч Герти будет уложен в контейнер не в том порядке. Ничего страшного, если не накачать как следует шины велосипеда.
Роза изо всех сил боролась со своей тревожностью, но иногда та брала верх. Она не понимала, отчего это случилось сегодня, но подумала, что мог сказаться стресс вчерашней вечеринки. Поскольку торжество знаменовало перемену, а Роза ненавидела перемены. Ей нравилось, чтобы все оставалось прежним, несмотря на то что ее логический ум говорил: жизнь устроена иначе.
Каждую неделю она старалась делать что-нибудь новое, просто чтобы привыкнуть к новым идеям, новым людям, новому окружению. Вчера она заставила себя заговорить с тремя гостями, которых раньше никогда не встречала, и ей это на удивление понравилось. Она вернулась домой победительницей, но сегодня чувствовала усталость и раздражение. Ей трудно было договориться с собой. Разум как будто упрямился. Она напомнила себе, что перед выходом из дому нужно как следует поесть. Голода она не ощущала, но на пустой желудок становилась беспокойной.
Конечно, корень этого – травма, связанная со смертью отца. До гибели Фрэнка Роза легко преодолевала сомнения и перемены, и новые вещи не выбивали ее из колеи. Но потеря отца в семнадцать лет лишила ее уверенности и сделала тревожной и подозрительной. Она почти победила невроз, но после недавнего ухода прабабушки все повторилось снова. Смерть Кэтрин не была шоком, или трагедией, или чем-то неожиданным, ведь ей было далеко за девяносто, но Роза и Кэтрин были очень близки, и Роза по ней скучала.
К тому же, напомнила она себе, поскольку выявление триггеров всегда помогало ей справиться с их последствиями, сегодня – день, когда Вистерия-хаус передается новым владельцам. Вот отчего она нынче на взводе. Этот дом играл важную роль в жизни Розы. Она знала там все уголки и закоулки, представляла, как падает свет в каждой комнате, помнила скрип ступенек, бой дедушкиных часов. И сад. Она могла ходить по нему с закрытыми глазами и определять, где находится, по запаху. Резкий мускусный запах теплицы, романтично-сладкий аромат клумб с розами, сильный дух компостной кучи. Теперь ей никогда не придется дышать воздухом старого сада…
Ничего, говорила себе Роза. Она усвоила все, чему научилась у Кэтрин, и будет пользоваться этим во благо. У нее есть крепкая семья. Она постепенно приходит в себя. В прошлом году пересдала два выпускных школьных экзамена, пересдает третий через две недели. Готовится к тому, что Герти в сентябре пойдет в начальную школу в Маунтвилле. Правда, от одной этой мысли у Розы скручивало живот.
Это Мэгги мягко предложила отправить Герти в детский сад для подготовки к школе.
