На отрицание европейского духовного опыта мне уже неоднократно указывали, и, как мне кажется теперь, это отрицание возникло в связи с тем, что я писал книгу[48], направленную против американского культурного фона. Если философская традиция ещё жива в Западной Европе, и особенно в ФРГ, то в Америке всё обстоит иначе, и. как мне кажется, роль философии в этой стране приняла на себя в каком-то смысле психология. Например, те люди, которые называют себя здесь трансперсональными психологами, в Европе, безусловно, были бы отнесены к разряду философов. Поэтому необходимость обращения к философии и гуманитарным областям, как вы могли это заметить, в моей книге возникает в связи с развитием психологии.

На наш взгляд, трансперсональная психология приобретает философское звучание уже хотя бы потому, что она оказывается направленной не на изучение отдельных проявлений психики человека, а на попытку понять природу человека в целом — в широком мировоззренческом контексте, основанном, правда, в значительной степени на буддийской антропологии. Придавая трансперсональной психологии статус философии человека, мы, конечно, должны учитывать и те её специфические особенности, которые отличают её от того, что мы привыкли традиционно воспринимать как философское учение. Такими отличительными чертами новой философии человека являются:

(1) Новая философия не сосредоточивается на умозрительных построениях, а занимается и непосредственно экспериментальным изучением внеличностного — трансперсонального состояния сознания. Здесь уместно сопоставление с бихевиоризмом — оба подхода игнорируют личность: трансперсональные психологи выходят за её семантические границы, бихевиористы не доходят до них.

(2) Трансперсональная психология выделила созерцание как метод изучения, не редуцируемый, как об этом пишет К. Уилбер [Wilber, 1980a], к принятому в западной науке эмпиризму и логицизму:

Трансперсональная психология является занятием специфического характера (не наукой), которое, — в силу того, что оно трансцендирует ракурс телесности [реальность пространства, времени и предметов] и ракурс рассудка- оно остаётся свободным использовать их оба; первое — к научно-эмпирических исследованиях, последнее — в философски-психологической постановке задачи. Но оно не может быть схвачено или определено ни одним из них (с. 219).

(3) Трансперсональная психология обладает определённой рубчатостью. Она впитывает в себя как опыт, достигнутый религиями прошлого (буддизмом во всех его проявлениях, включая и дзэн-буддизм, и тибетский буддизм; индуизм, суфизм, даосизм, шаманизм), так и некоторые теоретические представления современной физики — здесь особенно интересны публикации таких физиков, как Ф. Капра [Сарга, 1975; 1983] и известный своими работами по квантовой механике Д.Бом [Bohtn, 1980]. В своих экспериментальных исследованиях трансперсональная психология готова использовать и некоторые нейрофизиологические приёмы.

(4) Трансперсональная психология — это не замкнутая на своих проблемах академическая деятельность, а серьёзно социально ориентированная активность. Здесь остро стоит вопрос о поисках новых форм существования культуры, а в данной культуре о гармонизации отношений внутри коллективов и о врачевании, основанном на новом понимании смысла и существа жизни[49]. Во всяком случае, большая часть авторов, печатающихся в журнале The Journal of Transpersonal Psychology и в близком к нему журнале — The Journal of Humanistic Psychology занимается врачебной и врачебно-консультационной деятельностью. (Заметим здесь, что в современной традиционно развивающейся культуре врачеванием занимаются не сами деятели науки, а специально для этого выделенные профессионалы — врачи.)

Перейти на страницу:

Похожие книги