— Упс, — он насмехается и припечатывает вторую ногу на подол, — А Дориан, оказывается, у нас носит женские наряды?
Ну, всё, урод. Если Маркус хотел привлечь моё внимание, он его получит. Сейчас он у меня так получит.
Хватаюсь поудобнее за ткань, и, добавляя магии в рывок, выдёргиваю платье, рассчитывая, что Маркус грохнется на землю и даже замахиваюсь ногой, собираясь отвесить смачный пинок.
Но человечишка готов к такому повороту, он зависает в воздухе в прыжке и делает красивый кувырок назад, приземляется на ноги, не пошатнувшись –все движения чётко выверены и грациозны, особенно для такого, с вида огромного, тела. И я бы восхитился, но кем? Человеком?
Я подтягиваю платье, сматывая в комок –хорошо, что на нём заклятье –порвать невозможно. И сплёвываю под ноги выскочке, готовлюсь хорошенько наподдать ему.
Маркус разводит руки в стороны в примирительном жесте:
— Эй, полегче, Дориан. Драки на территории академии запрещены.
Киваю в сторону ворот:
— Ну, так выйдем.
Мой взгляд цепляется за человечку, которая крадётся по лесной опушке, прячась в тени деревьев. Своим драконьим зрением прекрасно вижу, что это –моя птичка. Разочарованно разглядываю её новое платье и дорожную сумму за плечами. Представление со всеобщим стриптизом отменяется. Или откладывается…
Я почему-то думал, что она уже успела отметиться в академии и вышла погулять по лесу. Ведь, регистрация открыта с раннего утра. Не ожидал, что у неё есть что надеть.
Маркус отнекивается:
— Предлагаю кое-что получше.
Испугался, идиот? В уме рисую жесткие картинки, как я мутужу рыжего в пыли перед воротами академки, а птичка наблюдает со стороны. И восхищается. Мной. Чтобы узнала, кто тут самый сильный.
До меня не сразу доходит суть предложения Маркуса. Слышу обрывок фразы:
— Люди против драконов. Давно пора нам прояснить, кто главный в академии.
Смешно. Я даже отрываюсь от девчонки, которая юркнула за очередной куст. Рано или поздно ей придётся выйти из тени и дойти до ворот.
Я ухмыляюсь:
— Разве не ясно?
— Ну, раз ты так уверен, то что драконам стоит доказать это на мерцающих гонках?
Хм. Беспортальные гонки на скоростные перемещения, короткими прыжками через пространство на расстояние видимости. За счёт накопленного резерва.
Окидываю оценивающим взглядом зарвавшегося человека. У Маркуса высокий внутренний потенциал. Только куда уж ему до меня? Мне смешно:
— Хочешь выставить себя на посмешище?
— А может, это ты боишься проиграть?
— Маркус, ты испугался выйти со мной за ворота, — снова поглядываю на опушку, где маленькая птичка выползла из леса и неуверенно, но настырно двигается к академии. — Говоришь, драки запрещены. Так эти гонки, тем более за рамками устава –опасны для жизни, — обвожу его красноречивым взглядом: — Особенно для человеческой жизни. Вы так хрупки и недолговечны.
Рыжий не отстаёт:
— Когда это ты боялся нарушать правила?
— Что?
Ну, я ему сейчас точно втащу. Руки так и чешутся. Тем более к воротам приближается моя лесная птичка.
А Маркус щелкает крышечкой зыркала и выставляет проекцию изображения на всеобщее обозрение. В воздухе между нами возникает визуал, где мы с ребятами обращаемся драконами на полигоне и красуемся перед стайкой человечек, готовых выпрыгнуть из панталончиков при одном виде наших звериных ипостасей.
Славная оргия у нас потом была после такого представления. И без всякого принуждения обошлось.
Всё-таки выбиваю зыркало из рук дебила. Оно со звоном ударяется о плитку.
Маркус кривится:
— Фу, как это грубо, Дориан. А между прочим, обороты тоже запрещены, — он переводит взгляд на осколки, усыпавшие плитку. — И этот визуал хранится в магической сети. Ты зря разбил моё зыркало. Придётся компенсировать.
Тем временем, я не заметил, как к нам успели подтянуться человеческие дружочки рыжего. Конечно, они выступают на его стороне:
— Косяк, Дориан.
Один из людишек кивает на смотровую вышку у ворот, с единственным визуальным фиксатором на территории академии.
— То, как ты разбил зыркало Маркуса уже в магической сети.
Презрительно ухмыляюсь:
— Собрался настучать? Что взять с людишек?
Рыжий гнёт своё:
— Мерцающие гонки, Дориан. И мы закроем этот вопрос. Мы хоть и люди, но надерём драконам задницу.
— Да, я тебя уделаю Маркус на раз-два. Зачем весь этот пафос?
Дружочки Маркуса присвистывают в восхищенье, все взгляды обращаются мне за спину. Я машинально поворачиваю голову следом, с досадой наблюдаю, как людишки чуть ли не слюной капают на плитку, разглядывая девушку, которую я повстречал в лесу.
Хороша, зараза, в летнем голубом платьице, с развевающимися белокурыми прядями, алыми губками бантиком и огромными голубыми глазищами, которые раскрываются еще шире, стоит ей заметить меня. Облик портит заплечная дорожная сумка.
Маркус махает одному из парней головой в сторону девушки:
— Помоги.
У меня брови ползут вверх. Выискался тут самый главный –защитник сирых и обездоленных, приказы раздаёт. А парень послушно семенит к моей птичке. К моей! Еле сдерживаю рычание дракона.
