В связи с изменениями, внесёнными в перевод (см. выше, свидетельство Кастейна), никто в настоящее время, кроме еврейских иудаистов, не может сказать, насколько схожи или несхожи между собой древнееврейско-арамейский оригинал и греческий перевод того, что составляет первую часть христианской Библии. Ясно, однако, что сделанные изменения были весьма существенными, а кроме того существует ещё и «устная Тора», и талмудское продолжение Торы, так что христианский мир не знает и никогда не знал всей правды об иудейском Законе. Сущность его однако ясно видна и в дошедшей до нас редакции Ветхого Завета, и одно это уже достаточно удивительно. Что бы там ни было выброшено или изменено, перед каждым ясно встаёт облик мстительного племенного божества с его варварскими заповедями уничтожения и порабощения, давая повод для размышления. После того как перевод был сделан, никакие увёртки, извращения, изменения смысла слов и иные хитрости не в силах были скрыть характера иудейского «Закона», несмотря на все сделанные примечания, смысл написанного остаётся ясным. В этом лучшее доказательство того, что, давая разрешение на опубликование перевода, левиты ещё не могли предвидеть, сколь широкой аудитории этот труд станет впоследствии известным.
В этом переводе то, что мы сейчас называем Ветхим Заветом, дошло до западного мира, а его доктрина расовой ненависти и разрушения лишь незначительно смягчена сделанными исправлениями. Всё это произошло задолго до начала истории самой Европы, как западной, так и восточной. Сейчас, когда христианская Европа просуществовала уже около двадцати столетий, её политические вожди, проникшись страхом перед иудейской сектой, говорят с боязливым почтением о Ветхом Завете, как о лучшей части Священного Писания, по которому они, якобы, живут. Тем не менее, он всегда был лишь предвестником уничтожения и порабощения их собственных народов, а все их дела
Пока иудейские писания, по их завершении и переводе александрийскими евреями, становились достоянием сначала греков, а затем и других «язычников», в маленькой Иудее сменилось владычество над ней персов, греков и, наконец, римлян.
За время этих хаотических столетий произошло ещё одно важное событие: насильственное обращение Идумеев в иудаизм (термин «Иудаизм» был впервые введён в употребление еврейским историком Иосифом Флавием для обозначения культуры и жизненного уклада Иудеи, как «эллинизм» обозначал культуру и обычаи древней Греции. Первоначально, слово иудаизм не носило религиозного оттенка, но за отсутствием лучшего термина мы будем в дальнейшем пользоваться им для характеристики расовой религии, созданной левитами путём извращения ими «Моисеева Закона»).
В истории известно ещё одно только массовое обращение в иудаизм, имевшее место 8–9 столетий спустя, и оказавшее, как будет показано ниже, непосредственное влияние на судьбы также и нашего поколения. Однако, в те древние времена отдельные переходы в другую веру происходили довольно часто, а переход в иудейство часто даже поощрялся раввинами. В Евангелии от Матфея упоминается, что сам Иисус Христос упрекал фарисеев: «вы обходите море и сушу, дабы обратить хоть одного». Другими словами, расовый запрет, предписывавшийся Вторым Законом и Новым Договором, по неизвестным нам причинам в те времена не всегда соблюдался. Объяснение, по-видимому, можно найти чисто численное: иудейское племя было столь малочисленным, что при строгом соблюдении расового закона оно просто бы вымерло, а левиты с их доктриной остались в положении генералов с планом сражения, но без армии.
Также по самым различным причинам, расовое смешение было в ту эпоху обычным явлением. Как пишет «Еврейская Энциклопедия»: «И до того, и впоследствии Иудея росла и усиливалась за счёт обращения в свою веру чужестранцев». Другие авторитетные источники вполне с этим согласны, так что чистокровное иудейское племя явно перестало существовать, самое позднее за несколько столетий до Р.Х. Тем не менее расовый
