Марта прислонилась к мойке, пока он подогревал воду. Юхан до сих пор так и не придумал, что еще ей сказать. Пожалуй, ему следовало спросить, как у нее обстоят дела на работе или чем она занимается в свободное время, однако что-то мешало ему разговаривать. Да он и не хотел ничего о ней знать.
— Мне жаль, — сказала она, когда он помешал кофе и поставил обе чашки на стол. — Но я решила, что мы все равно должны продать дом. У меня не будет денег, если все останется как есть. — Она сделала паузу, а потом добавила: — Я собираюсь пойти учиться.
Последнее предложение убедило Юхана в твердости ее намерений. Значит, его скоро ждал переезд. Почему, черт возьми, он не встал на очередь на жилье, как сделала это Марта?! Почему ему вдруг взбрело в голову, что их брак будет продолжаться вечно?!
— И на кого? — спросил он с целью поменять тему.
— Я собираюсь стать веб-дизайнером, — сказала она. — Это серьезный шаг. Но я сильно выматываюсь на работе. И чувствую себя не очень хорошо.
Марта улыбнулась в своей обычной старой манере, как она делала в начале их отношений. Ему вспомнилось, как такая улыбка всегда его радовала. И даже сейчас она подействовала.
— Я начала ходить на психотерапию, — сообщила она. — И принимаю антидепрессанты. Все эти попытки экстракорпорального оплодотворения сломали меня. Такое чувство, словно кто-то нажал кнопку внутри меня. Однако, похоже, я снова начинаю ощущать прелести жизни. Конечно, не все сразу, но многие вещи, которые нравились мне прежде, опять начинают радовать меня. Не так сильно, как раньше, но ситуация постепенно улучшается.
Юхан испытал одновременно радость за нее и глубокую печаль. Неужели это все, что требовалось? Он же говорил ей.
— Приятно слышать, — сказал он.
— А ты начал заниматься йогой?
— Да, — кивнул он. — Это не так уж и глупо.
— Я понимаю, какие проблемы возникнут у тебя с продажей дома, — сказала Марта. — Но мне необходимо так поступить. Я должна сменить род деятельности. Мне теперь стало это отчетливо ясно.
— Конечно, — согласился Юхан. — Я понимаю тебя.
— Спасибо, что воспринял это так хорошо, — сказала Марта. — Я же знаю, сколько у тебя будет хлопот в результате.
— Ничего не поделаешь, — вздохнул он. — Мы же развелись. Ты делаешь, как хочешь, это понятно.
Она заключила его в объятия и долго не отпускала. От нее очень хорошо пахло.
Марта снова окинула взглядом пустой дом, и он понял по ее глазам, что она догадалась, как плохо ему жилось. Сколь печальным стало его существование.
— Тебе, пожалуй, стоит заняться собой, — сказала она. — В церкви проводят специальные курсы. Они даже бесплатные. Ты научишься отключаться от любых проблем на какое-то время.
— Разве церковь занимается подобными вещами?
— Да, конечно. Но тебе придется забыть других людей или во всяком случае попытаться сделать это. Курсы очень суровые, но на небесах тоже будет несладко.
Он рассмеялся и продолжал хохотать, пока его как громом не поразила неприятная мысль. Он уже слышал нечто подобное раньше.
Священник.
Священник у отеля. Он ведь был единственным человеком, который мог видеть их с Анной вместе, запомнить машину и знать, в каком направлении они уехали.
Юхан даже ни разу не вспомнил о нем с тех пор. Слишком уж незначительной была встреча.
— В чем дело? — спросила Марта.
— У меня немного закружилась голова, — ответил он. — Мне просто надо отдохнуть.
Она обняла его снова, а потом ушла.
Как только за Мартой закрылась дверь, Юхан сразу принялся проверять свой бумажник и карманы куртки. Он же получил от священника визитку.
Дети сидели на диване перед телевизором и словно завороженные, не отрывая глаз, смотрели какие-то идиотские мультфильмы о зеленых яйцах и ветчине. Анна ходила вокруг с чашкой кофе и не могла найти ни одного места в доме, где бы ей удалось расслабиться. Ее мучило похмелье.
Мать Магнуса еще не спала, когда она пришла поздно вечером, и листала альбом с фотографиями сына. Анна видела, как она плакала, когда смотрела на них, но Биргитта сразу вытерла глаза, когда поняла, что невестка заметила это. Она уехала только после обеда, когда Анна хотя бы наполовину пришла в норму. А сейчас уже приближалось время ужина. Анна не знала, как ей пережить этот день.
— Поменяй фильм, мама! — крикнула Сири.
— Ты можешь сама, — сказала Анна.
— Мама! — вторил сестре Сикстен.
Взяв с собой чашку, она вошла в гостиную и выплеснула часть кофе на пол. Она выругалась, когда взяла пульт дистанционного управления и начала поспешно переключать каналы.
С дивана слышалось:
— Не то, не то, не то. Не то, не то, то-то-то. Нет, опять не то. Мама, мы же сказали, не то. И не это, не это, не это.
— Вы должны наконец выбрать хоть что-то! — сказала Анна более строгим голосом, чем собиралась.
— Тогда давай то, что мы смотрели, — попросила Сири.
Анна состроила излишне сердитую гримасу, демонстрируя свое недовольство.
— Я не хочу это, — буркнул Сикстен и скрестил руки на груди. Он сильно выпятил нижнюю губу, и у Анны от тоски заныл живот: это могло быть прелюдией к истерике.
