Сторонники исследований стволовых клеток эмбрионов в ответ указывают на выгоды, которые могут принести эти исследования медицине, в том числе для лечения таких заболеваний, как диабет, болезнь Паркинсона, и травм спинного мозга. К тому же сторонники исследований эмбриональных стволовых клеток утверждают, что религии или идеологии не следует вмешиваться в науку, а людям, выдвигающим религиозные возражения, не следует разрешать навязывать взгляды через законы, которые запрещали бы научные исследования.
Впрочем, как и в дебатах вокруг абортов, невозможно приводить доводы в пользу разрешения изучения стволовых клеток эмбрионов, не заняв позицию в нравственных и религиозных спорах о том, с какого момента человек становится личностью. Если плод на самых ранних стадиях развития в моральном отношении равен личности, тогда противники исследований эмбриональных стволовых клеток в известной мере правы: даже многообещающие медицинские исследования не могут служить оправданием расчленения человеческой личности. Немногие люди станут говорить, что возможность забирать органы у пятилетних детей ради продолжения исследований, спасающих жизнь, следует закрепить в законодательстве. Таким образом, доводы в пользу разрешения исследований эмбриональных стволовых клеток не являются нейтральными в плане моральных и религиозных споров о том, с какого все-таки момента человек становится личностью. Эти доводы предполагают ответ на такие споры. И он звучит так: до внедрения зародыша в слизистую оболочку матки эмбрион, который уничтожают в процессе исследования стволовых клеток, еще не является человеком.
В дебатах об абортах и исследованиях, проводимых на эмбриональных стволовых клетках, юридический вопрос нельзя решить, не занимая той или иной позиции, лежащей в основе моральных и религиозных вопросов. В обоих случаях нейтральность невозможна потому, что суть состоит в том, приводят ли деяния, о которых идет спор, к лишению человека жизни. Разумеется, большинство моральных и политических разногласий не связано с вопросами жизни и смерти. Таким образом, сторонники либеральной нейтральности могут отвечать, что споры об абортах и изучении стволовых клеток — особые случаи. За исключением ситуаций, связанных с определением человеческой личности, мы можем разрешать споры и разногласия в отношении справедливости и прав, не занимая какой-то позиции относительно нравственности и религии.
Однако на самом деле это не так. Рассмотрим дебаты, которые ведут вокруг заключения браков между представителями одного пола. Можете ли вы решить, должно ли государство признавать такие браки, не вступая в моральные и религиозные контроверзы относительно цели брака и морального статуса гомосексуальности? Некоторые скажут «да» и станут приводить доводы в пользу однополых браков, которые строятся на либеральных основаниях, устраняющих субъективность оценок. Сторонники однополых браков скажут: независимо от того, одобряет или осуждает человек отношения между гомосексуалистами и лесбиянками, индивидуумы должны свободно выбирать себе супругов. Разрешение вступления в брак представителям разных полов и запрещение однополых браков — дискриминация гомосексуалистов и лесбиянок, отказывающая людям нетрадиционной сексуальной ориентации в равенстве перед законом.
Если этот довод — основание, достаточное для того, чтобы государство признало однополые браки, тогда вопрос может быть решен в рамках либерального общественного мышления, которое не прибегает к противоречащим друг другу концепциям цели брачного союза и благ, предоставляемых таким союзом людям, вступающим в брак. Но доводы в пользу однополых браков нельзя привести на объективных основаниях, поскольку аргументы зависят от определенной концепции предназначения, смысла, цели брака. Как напоминает нам Аристотель, спорить о целях общественных институтов все равно, что спорить о добродетелях, которые эти институты одобряют и вознаграждают. Дебаты об однополых браках в основе своей являются спорами о том, заслуживают ли союзы между гомосексуалистами и лесбиянками уважения и признания, которыми в нашем обществе пользуются браки, одобряемые и разрешаемые государством. Так что от фундаментального морального вопроса уйти не удается.
Чтобы понять, почему не удается уйти, важно иметь в виду, что государство может проводить в отношении браков не две, а три политики.
Государство может:
1) проводить традиционную политику и признавать только браки между мужчинами и женщинами;
2) последовать примеру нескольких штатов и признавать браки, заключаемые между представителями одного пола, так как оно признаёт браки между мужчинами и женщинами;
3) отказаться признавать любые браки и предоставить эту роль частным ассоциациям.
