На этом описание его школьной жизни можно было бы закончить, если бы три года назад, когда на Марти в первый раз серьезно нарвались, он не стал бы подливать масла в огонь. Но судьба сыграла с ним злую шутку, и Марти вдруг подумал:
«Какого черта ты лезешь ко мне?» – нажив себе первого неприятеля. Его, как ни смешно, тоже звали Марти. Мартин Ллойд-Джонс. За первым появился второй, за вторым третий, и, к счастью, на этом очередь закончилась.
Лесной пожар легче предупредить, чем потушить. Так и Марти старался избегать конфликтов. Обходил их стороной. Но иногда случалось и так, как случилось в тот день, когда он пропал.
Марти был один, Марти пришел в довольно безлюдное место, и Марти нарвался.
Тони не видел глаз Дженни. Они были направлены вниз, куда-то вглубь рюкзака, но он заметил, как вены у нее на висках вздулись, а на лбу появились небольшие бугорки. Повернувшись в сторону дома, Тони медленно зашагал, с трудом передвигая ноги. Одна его половина хотела вернуться к Дженни, обнять ее, успокоить и, может быть, снова увидеть синеву ее сапфировых глаз. В то время как другая тащила его подальше от того места, где случайно всплывший секрет забрал почву у него из-под ног.
Вернувшись домой уже второй раз за последние двадцать минут, в прихожей Тони встретился с мамой. Она оглядела его от макушки до пят и, уставившись на пустые руки, спросила:
– Где продукты?
Тони тоже посмотрел на свои ладони. Будто секунду назад в них еще были пакеты, которые вдруг исчезли.
– Блин, забыл! Прости, мам, сейчас сбегаю, – прокричал он и уже направился обратно к выходу.
– Стой! Ты куда бегал то, только что? – остановила его мама. Она подошла к сыну поближе и потрепала волосы у него за ухом.
– Да так…
Тони был очень близок с мамой, и до определенного возраста рассказывал ей буквально все. Когда в первом классе ему понравилась девочка с соседней парты, мама знала ее имя, фамилию, цвет волос и цвет глаз, какой она носила браслет, и кем работали ее родители, как звали кота, и какой он любил корм, любимое число и любимый цвет, какое мороженое она предпочитала и какие мультики смотрела. В пятом он влюбился в новенькую одноклассницу, и маме было известно только ее имя и то, что она обожает фильм «Бесконечная история». В седьмом Тони тайно вздыхал по дочке их новых соседей, и маме он сказал всего лишь: «Ничего такая, симпатичная».
Тот малыш, которым Тони был лет до девяти, не сомневался – все им услышанное и увиденное обретает смысл, только если поведать об этом маме.
– Случилось что-то? – она продолжала гладить его светлые волосы и, чуть наклонив голову, заглянула в глаза.
Тони мельком встретился с ней взглядом, но потом снова опустил его в пол. Он сплел пальцы между собой и принялся хрустеть ими, как делал всегда, когда нервничал.
– Я встретил Дженни возле вокзала, сестру Марти. Поговорил с ней немного, – сказал он ей все-таки.
– О, Тони, – вздохнула мама, сменив голос с обеспокоенного на грустный. – Что она там делала? Листовки?
– Да, – коротко ответил Тони.
– Бедная девочка, – покачала головой мама и спросила без особой надежды. – Есть какие-нибудь новости?
– Нет, – как и прежде был краток Тони.
– Хочешь об этом поговорить, сынок? Я знаю, он был твоим лучшим другом, – мама все еще стояла рядом, но теперь гладила сына по плечу.
– Нет, мам, все в порядке. Я пойду, – успокоил ее он и повернулся к выходу.
Она ничего не ответила. Уже на улице, закрывая входную дверь, Тони увидел через прозрачное стекло, что мама стояла на том же самом месте, смотря ему вслед.
Своего отца Тони не знал. В детстве мама пыталась показывать ему фотографии, но для Тони этот молодой мужчина особо ничем не выделялся. Не более, чем те рекламные лица, которые можно увидеть в рамках для фото, когда покупаешь новую в магазине. Единственное, что он, уже достаточно выросший, для себя подметил, было их с отцом внешнее сходство: оба высокие, с крупными чертами лица, на котором в первую очередь выделялись серо-зеленые глаза и ямочка на правой щеке. Русые, а летом почти платиновые от солнца волосы он унаследовал от матери.
– Что это, Тони? – спрашивала его учительница, миссис Адамс. Минутой ранее она дала задание для первоклашек – нарисовать папин портрет ко Дню Отца.
– Портрет моего папы, – ответил Тони, протягивая ей пустой лист.
«Бедный, бедный мальчик», – читалось в ее грустных глазах.
«Здорово я пошутил!» – говорила за Тони его довольная улыбка.
То, что отец в его жизни отсутствовал, Тони никогда не тяготило. Белым и пустым лист был всегда. По ком же ему тогда скучать?
Когда Тони проходил мимо вокзала, он взглянул на то место, где совсем недавно разговаривал с Дженни. Может быть, она все еще стоит там со своим синим рюкзаком и велосипедом? Может, ей нужна помощь с замком? Может, получится еще хоть немного с ней поговорить? Но у забора никого уже не было, и все эти вопросы быстро растворились в воздухе.
