"...Вскоре в городе начнутся боевые действия между двумя самыми сильными общинами, и как справедливо полагал Шаман, ни самозваный барон, ни более мелкие военные формирования и банды не будут оставаться в стороне. В городе начнется хаос. Всеобщий бардак может предоставить шанс умелому и терпеливому оторвать кусок власти и взять под контроль часть Зареченска. Тут главное не сплоховать и не пропустить момент выступления личного отряда, дабы закрепить достигнутый успех силой собственного оружия. А пока первая фаза прошла успешно - дочь генерала у него в руках. Сейчас главное провести под пунктом номер один жирную черту.
Скольких нервных клеток лишился Шаман, во время подготовки не хочется даже вспоминать.
Идея возникла не спонтанно. Главарь ни на минуту не забывал, что паренек может сделать с сознанием человека. И долго перебирал варианты использования самого молодого члена банды. И наконец, мысли сформировались в План, который он и начал осуществлять со всей присущей ему терпеливостью..."
*****
1187. Вербицкий Андрей / Смерть эльфам!
Книга о пападанце в маготехнологический мир.
"...Данила отпрянул назад. Старый холодильник принял на себя первый удар. Пули пробили дверцу, если бы у Данилы было время посмотреть вниз, он увидел бы, как молоко из разорванного пулей пакета вытекает на пол. Юноша, недолго думая, схватил со стола тарелку и запустил в проход, в котором как раз показался остроухий. Увернуться тот не успел, и оливье заляпало убийце рубашку.
Под рукой оказался нож, которым пару минут назад тетя резала хлеб. Данила прыгнул вперед и влево, уходя с линии огня. Вжикнула очередная пуля, проделав в первом оконном стекле аккуратную дырочку и разбив второе. Юноша махнул ножом снизу вверх и попал по запястью следователя. Остроухий пистолет не выронил, и не растерялся. Разрывая дистанцию между собой и прыткой жертвой он прямым ударом ноги в живот отбросил парня на пол. Дворецкий умирать не хотел и, воспользовавшись инерцией, перекатом назад ушел от очередного свинцового подарка. Пуля впилась в пол, а Данила из неудобного положения метнул кухонный нож..." Произведение пишется.
1188. Верещагин Олег / Путь домой - 1. Скажи миру нет.
Их было двое. Олег и Таня. Им было по 14 лет, они дружили, ходили в одну спортивную школу - занимались фехтованием. И однажды теплым летним вечером они отправились погулять. По знакомым до малейшей трещинки улицам родного рода. Увлеченные прогулкой, беседой и друг другом, Олег и Таня не сразу заметили, что городские огни сменились кромешной тьмой, бетонный мост через небольшую речку Пурсовку пропал без следа, а вместо городских окраин раскинулся непроходимый лес. Подростки быстро сообразили, что оказались в другом мире. Их даже не слишком пугала перспектива остаться в нем навсегда, но настораживали странные могильные камни, надписи на которых, сделанные на разных языках, гласили, что под этими камнями похоронены их сверстники...
1189. Верещагин Олег / Путь домой - 2. Не остаться одному.
Плен для бойца хуже смерти! Унижения хуже ран и мучений! Где взять силы, чтобы не сойти с ума в этом аду? Где взять мужество, чтобы жить дальше и надеяться вернуться к своим, зная, что они ждут вожака и друга. Олег, три года назад попавший в жестокий негостеприимный мир, только внешне похожий на Землю, вместе со своими одноклассниками после одного из боев со свирепыми чужаками урса оказывается у них в плену. Но те, против обыкновения, не убивают мальчишку, а везут в загадочный Город Света, который никто не видел, но все слышали самые невероятные легенды. Однако то, с чем ему предстоит столкнуться наяву, оказывается куда страшнее легенд.
1190. Воронина Тамара / Надежда мира.
"...Сверху словно в подтверждение так грохнуло, что Женя невольно пригнулась. Риэль вытащил из ее рюкзака косынку (батинский шарфик заблудился в кармане какого-то разбойника), туго перевязал ей ногу и собрался брать ее на руки, но Женя возмутилась: дохромаю сама. Риэль не был слабаком, но и атлетом тоже не был, а Женя весила немногим больше пятидесяти килограммов: мало для ее роста, но много для того, чтоб тащить ее на руках, имея в нагрузку еще и два рюкзака и три футляра с инструментами. Риэль поспорил было, но согласился в конце концов, и Женя поковыляла рядом, почти повиснув на его плече. Боль вернулась, так что она скорее прыгала, чем шла, и даже эти прыжки отдавались в травмированной лодыжке.
Руку она заметила первой. Из-под кустов торчала рука. Человеческая. Женя ахнула, Риэль тоже и, не сговариваясь, они свернули к этим кустам.
Человек лежал на спине, глаза его были закрыты, но он дышал, хрипло, неровно, как-то беспокойно. Коричневая куртка была разорвана, высокие сапоги - в грязи. Риэль опустил Женю на траву и склонился над мужчиной.
- Надо бы сматываться, - озабоченно сказал он. - Можем нарваться на большие неприятности.
- В смысле?
Риэль отстранился и показал непонятного вида рану у мужчины на боку.
