— Мне нужно родильное отделение, моя сестра рожает. — соврала я, так как не могла рисковать, сразу задавая вопросы о себе.
Женщина перестала записывать и закрыла журнал, приклеив к обложке розовый стикер.
— Имя? — взглянула она на меня и ее пальцы застыли над клавиатурой.
Черт! Об этом я не подумала вовсе. Конечно, она спросит имя. Откуда мне его знать? Черт, может меня уронили в детстве? Потому что только это могло объяснить мою глупость.
— Эм… ее имя…
Женщина раздраженно выдохнула.
— Послушайте, у меня много дел и нет времени. Назовите фамилию и имя.
Я поняла, что нечего здесь ловить, и назвала случайное имя. Конечно, его в базе не оказалось. Я удивленно открыла рот и посмотрела в свой телефон.
— Ох, прошу прощения. Я ошиблась адресом. — улыбнулась я. — Нервы. Моя сестра рожает впервые, а я очень переживаю.
Женщина одарила меня тяжелым взглядом и открыла другой журнал.
Черт!
Я отошла от стойки и пошла прямо по коридору в туалет. Может, смогу что-нибудь разузнать у других. Сложно не вызвать подозрений, сразу заявляя за чем пришла. Решат еще, что я преследую кого-то и вызовут полицию. Этого никак нельзя допускать.
Увидев вывеску, я замедлила шаг и непринужденно оглядывалась по сторонам. Широкий холл сузился, превращаясь в узкий коридор, по обоим стенам которого располагались многочисленные белые двери. Скорее всего это были обычные палаты. На стенах висели плакаты с различными рекомендациями к питанию.
Все двери были закрыты. Кроме одной. Совсем близко к туалету. Я продолжала идти, но только сейчас заметила, как здесь тихо. Людный холл остался далеко позади, а пустой коридор выглядел слишком странно. Почему никого нет? Возможно, из-за того, что я забрела в зону палат для больных, а здесь должна соблюдаться тишина. Именно так, подумала я и продолжила идти, но замерла на месте услышав грубый мужской голос.
— На кого ты работаешь, ублюдок?
Что за..?
Звук исходил как раз из той открытой двери, которая оказалась совсем близко ко мне. Один шаг и я увижу, что там происходит. Хоть меня и привело в ужас это рычание, по-другому это назвать нельзя, я все же сделала еще шаг и от открывшейся картины, у меня чуть не подкосились ноги.
На кровати лежал лысый мужчина лет сорока пяти, а над ним склонился другой и приставил нож к горлу. Одно лишнее движение и жизнь вытечет из него, как и кровь. Но он не выглядел напуганным, лишь смотрел с безразличием. Будто его вовсе не волновало, что его могут убить. И скорее всего, так бы и было, если бы я не завизжала что есть мочи.
Парень резко убрал нож и повернулся в мою сторону. Его темные волосы были взъерошены, а сам он источал такую силу, что мне захотелось сразу же провалиться сквозь землю. Он был явно раздражен и очень зол. Но теперь его взгляд испепелял не мужчину, а меня. И я могла поклясться, что он зарезал бы и меня, если не медсестры, появившиеся из ниоткуда. Он продолжал сверлить меня взглядом карих глаз, а затем забрался на подоконник и обернувшись, прошептал:
— Ты очень пожалеешь об этом.
— Ну так что скажите? Вам нравится?
Темноволосая женщина закончила показывать мне квартиру и теперь мы стояли на балконе, смотря на розовый закат. Пожалуй, это место понравилось мне больше всех в квартире. Хотя она вся была красива. Небольшая, но уютная. Маленькая спальня, почти все место в которой занимала двуспальная кровать. Гостиная совмещенная с кухней. Телевизор весел на стене напротив барной стойки. По другую сторону расположился деревянный столик и мягкий серый диван, дополненный яркими подушками.
Квартира была атмосферной, небольшой и по адекватной цене. То, что нужно, но мои мысли прибывали в другом месте. В больничной палате. А перед глазами снова вставала картинка взгляда злых карих глаз и жестокое обещание. Я бы соврала, если сказала, что не испугалась. Испугалась. Слова парня заставили меня нервничать весь оставшийся день и постоянно оборачиваться, пока я шла по переулкам на место встречи с женщиной, сдающей квартиру.
Мне было бы не так страшно, если бы мужчина, который не умер благодаря моему визгу, не взглянул на меня и не произнес:
— Зря ты это сделала.
От воспоминаний меня пробрала дрожь. Что они оба имели ввиду? Не значит ли это, что скоро уже к моему горлу приставят нож? Я прилетела только вчера, а уже столкнулась с изнасилованной девушкой и потенциальным убийцей! Вдруг, спасая сегодня человека, я обрекла себя на верную смерть? Проверять мне это вовсе не хотелось, но выражение лица того парня не обещало ничего хорошего.
— Габриэлла? С вами все в порядке? — теплая рука коснулась моего локтя, заставляя вздрогнуть.
Да что со мной такое? Почему я придала значение каким-то запугиваниям? Угрозы Майкла меня никогда не пугали, пугало скорее их отсутствие. А тут… Будто на подсознательном уровне я понимала, что и правда зря сегодня оказалась в больнице. Лучше бы гуляла по городу, ведь все равно ничего полезного не узнала. Но я не представляю, как теперь наслаждаться городом, зная, что парень, пытавшийся убить мужчину, выскользнул в окно и теперь спокойно продолжал ходить по улицам.
