Я одержим звуками. А после автомобильной аварии, лишившись зрения стал еще большим фанатом аудио-файлов. Но только моя страсть это пугающие и необъяснимые звуки. Исследуя темные уголки сети интернет я все же наткнулся на настоящий страшный трек. И с тех пор моя жизнь изменилась.
Gabino Iglesias — Hidden in the Sound
Перевод выполнен исключительно в ознакомительных целях и без извлечения экономической выгоды. Все права на произведение принадлежат владельцам авторских прав и их представителям.
Я был одержим звуком задолго до своего несчастного случая. Однако потеря зрения — надеюсь, лишь на время — позволила звуку завладеть моей жизнью полностью. А потом и не только.
Я преподавал редактирование звука и радиорепортажи в Техасском университете в Остине, когда все пошло не так. Я был приходящим учителем, и зарплата была никудышной, но медицинская страховка была приличной, а еще мне нравился город, так что я остался. Как и большинство людей, я был готов отложить свои мечты на потом, лишь бы на столе была еда и деньги на оплату счетов. Охватывающее чувство уныния лучше переносить с полным желудком.
В рамках моего курса студенты готовили новостную передачу, которая выходила на школьной радиостанции. Производство начиналось на пятой неделе занятий в каждом семестре. Первые несколько выпусков всегда получались нескладными, и, собирая их, нам приходилось оставаться в студии до поздней ночи по четвергам. Я ехал домой в два часа ночи после создания четвертого шоу, направляясь на север по главной магистрали, когда пьяный водитель на черном пикапе пронесся на красный свет на Тридцать восьмой улице. Я нажал на тормоза своего старого внедорожника — марки, которую не буду называть, — и тормозной насос решил вздремнуть. Я врезался в заднюю часть огромного металлического монстра, стоявшего передо мной, с такой силой, что ящик с инструментами, который парень держал в багажнике грузовика, отсоединился, пролетел через лобовое стекло и остановился, только столкнувшись с моим черепом.
Последствия аварии были ужасными. Очнувшись через шесть дней, я никогда в жизни не испытывал такой жажды. Ящик с инструментами, который, к счастью, был пуст (парень купил его только потому, что думал, что он выглядит круто), проломил мне череп и выбил девять зубов. Но хуже всего было то, что травматическое повреждение мозга, которое, как удивились врачи, я пережил, лишило меня зрения. Одним словом, легко потерять зрение, когда передняя часть головы сминается, как перезрелая дыня. Когда отек спал, врачи были уверены, что зрение вернется, потому что зрительный нерв чудом оказался цел. Но этого не произошло. Тяжесть возможных последствий была почти такой же тяжелой, как и давление, вызванное судьбоносным событием. Я решил не терять надежды. Раз случилось одно чудо, по законам вероятности, может случиться и другое.
Парень, который пролетел на красный свет на Тридцать восьмой улице, попал на камеру, установленную на светофоре, и не смог уехать, потому что у него осталось только пол машины после того, как моя машина разнесла ему заднюю часть, поэтому он остался на месте. Думаю, положительным моментом было то, что его папаша был профессором юридического факультета, который до этого сделал себе имя, так что он был очень мил со мной, потому что знал, что его мальчик попал в беду. Между тем, что он дал мне за молчание о пьянстве и неосторожном вождении младшего, и тем, что заплатил мне производитель автомобиля за то, чтобы я не ходил по судам, никогда не упоминал их бренд и забыл о неисправном тормозном насосе, я был обеспечен на всю жизнь.
После больницы я сразу же отправился домой. Мой отец скончался в семьдесят лет от сердечного приступа после слишком большого количества бургеров, а мама умерла от рака груди — к счастью, быстро — за два года до этого, так что я был один. Теперь у меня было достаточно денег, и я нанял женщину по имени Сандра Гонсалес, чтобы она научила меня быть слепым. Она много лет проработала в Техасской школе для слепых и слабовидящих, а затем открыла собственный бизнес по обслуживанию затворников, агорафобов и богатых людей, жаждущих индивидуального подхода. После десяти месяцев работы с ней и с помощью множества технологических достижений, о существовании которых я даже не подозревал, я мог сам за себя постоять. Когда она сказала мне, что я готов жить самостоятельно, если захочу, я продвл свою квартиру и купил недавно отремонтированный домик на девяти лесных акрах недалеко от Фредериксбурга. Он находился достаточно далеко от Остина, чтобы помочь мне бороться с депрессией, которая грозила меня уничтожить, и достаточно близко к городу, чтобы люди могли привозить мне еду и раз или два в месяц отвозить меня на прием к врачам.
