Мелкая дрожь пробежалась по спине Эммы. Она ни одного слова не знала на испанском, кроме как простого ‘rojo’, которое означало красный и ‘manzana’ – яблоко. Единственную фразу на испанском, которую она помнила еще со школы - ‘Hola. Me llamo Emma.’ [прим. пер. Привет. Меня зовут Эмма.]
Так что «нет», она не была знатоком испанского и едва ли могла на нем говорить, но она без особого труда могла узнать его, когда слышала. А Реджина Миллс только что говорила на испанском ее самым низким, сексуальным, мягким голосом, который Эмма еще ни разу не слышала от брюнетки.
- Эммм… окей… – Сказала Эмма, внезапно у нее во рту пересохло. Что это сейчас было? – Я вообще-то не говорю по-испански, но…
Ее следующие слова застряли в горле, так как Реджина посмотрела на нее, ее темные глаза сверкали в свете флуоресцентных ламп. Она с громким стуком опустила ногу и повернулась к Эмме. Ее пальцы начали развязывать пояс на талии, идя пару шагов к Эмме. Реджина не открывала своего взгляда от глаз блондинки.
- He estado pensado en muchas cosas. [прим. пер. Хэй, я очень много думала о тебе]
Дрожь снова пробежалась по спине Эммы вниз и завязалась тугим узлом внизу живота, заставив тем самым выгнуть спину от этого почти что болезненного ощущения. То, как Реджина Миллс говорила с ней на испанском заставляло ее тело таять.
Ее губы беззвучно шевелились, пока она думала, что же лучше ей сказать, но ничего не приходило на ум.
И затем Реджина полностью развязала пояс, и пальто упало к ее ногам. Узел, что прочно сидел внизу живота Эмма взорвался, распространяя тепло по животу и спускаясь вниз к пульсирующему паху, когда она увидела, что было надето на Реджине, то, что скрывало пальто.
Темно-красное нижнее белье отлично дополняло ярко-красные туфли на высокой шпильке.
Набухшие груди с возбужденными сосками так и молили о свободе.
Тонкое черное кружево по краям трусиков едва задевало крутые бедра.
- Святое дерь… – Эмма от шока даже не смогла договорить.
Реджина продолжила свой путь к ней, дразнящая улыбка скривила ее губы, затем она подошла к креслу, где сидела Эмма. Реджина наклонилась, и ее губы зависли напротив губ Эммы, едва-едва касаясь друг друга.
И внезапно Реджина захватила нижнюю губу Эммы и грубо, сильно укусила ее.
Эмма подалась вперед, руки тут же взлетели и легли на талию Реджины, застонав при этом долго и протяжно. Она положила руки на бедра Реджины и сделала резкий вдох.
Реджина отпустила ее нижнюю губу с громким чмоком и прошептала:
- Te gusta eso? [прим. пер. Тебе нравится это?]
Эмма тяжело и горячо дышала, лишь от одного голоса Реджины она хотела и могла кончить. Она откинулась назад в кресле и потянула мэра за бедра к себе на колени.
Секундой позже она чуть сильнее откинулась на кресле и тут же они упали, кресло не выдержало их веса.
Эмма тяжело застонала, когда, проморгавшись, открыла глаза, раздражительно протирая их от сна. Она чуть повернула голову, и этого хватило, чтобы понять что она валяется на полу лицом вниз, запутавшись в своем одеяле и дикой пульсацией между своих ног.
Она застонала и стукнулась лбом о холодный пол. Еще один чертов сон.
========== Chapter 50 ==========
PROMPT: ГЕНРИ ВПЕРВЫЕ ПРИВЕЛ СВОЮ ДЕВУШКУ ЗНАКОМИТЬСЯ С ЕГО РОДИТЕЛЯМИ.
- Слушай, они всего лишь мои мамы, окей? – Сказал Генри своей девушке, подъезжая к особняку мэра. – Не такое уж и большое событие. Просто расслабься.
- Они не просто твои мамы, Генри. – Ответила миниатюрная девушка, закатывая глаза. – Одна из твоих мам бывшая Злая Королева, а другая – Спаситель и дочь Белоснежки и принца Чарминга. Они, может, для тебя «не такое уж и большое событие», но фактически для всех остальных это «большое событие».
Генри улыбнулся и, наклонившись, быстро чмокнул свою девушку в щеку. Подростковый период на нем сказался так, что он очень сильно вырос и быстро перерос своих матерей. И сейчас, в шестнадцать, он был даже выше чем его дедушка и у него начала проступать мускулатура, которая стала результатом того, что Генри постоянно ездил на лошадях и дрался на мечах.
Хотя его девушка была невероятно маленькой, всего лишь сто пятьдесят два сантиметра. Но опять же, когда она жила в старом мире, то была в несколько десятков раз меньше – до проклятия. Если бы та до сих пор оставалась бы в том размере, то отношения между ними были бы не возможны.
Машина тихо подъехала к дорожке, ведущей к особняку и плавно остановилась. Генри отстегнул ремень безопасности, выпрыгнул из машины и тут же оббежал ее, чтобы открыть своей девушке дверь, как это делала его Ма для его Мам бессчетное количество раз. Он открыл дверцу и помог девушке выбраться из машины. Взяв ее за руку, он улыбнулся.
- Просто расслабься, окей? – Сказал он мягко. – Все будет в порядке, Лина.
Лина фыркнула, и быстро пробежалась свободной рукой по блондинисто-малиновым волосам и поправила юбку своего голубого платья.
Она позволила Генри, провести себя до особняка.
- Хээй? – Позвал Генри, когда они вошли в дом. Его девушка шла позади него, сильно сжимая его руку. – Мам? Ма?
Светлая голова Эммы высунулась из двери, которая вела на кухню.
