Вот где разгорелось веселье. Большая часть детворы жила в огромном мегаполисе, в котором были предусмотрены для детей любые формы развлечений, включая множество аквапарков, но вот купаться в настоящих озерах было, к сожалению, запрещено. На озере к команде Стинко вскоре присоединилась команда Визгливой Рипли и эта шустрая и ловкая девчонка очень быстро и, главное, наглядно показала всем взрослым, почему она получила такое прозвище. Так как Рипли не умела плавать, но очень хотела этому научиться, её пронзительные крики были слышны едва ли не во всем графстве. Однако, это не вызывало у её временных родителей никакого дискомфорта, так как до этого Рипли, как и Стинко, успела доказать всем взрослым, кто тут самый главный. То, что даже в этой мирной обстановке Рипли не забывала зорко осматривать берега озера и держала в поле зрения всех детей, даже тех, которые были старше её, только добавляло ей уважения и всеобщего восхищения со стороны целой толпы временных мам и пап.
К счастью, ни у кого из взрослых не возникло даже мысли конкурировать с ней, иначе им пришлось бы столкнуться с самой настоящей пацанячьей и девчачьей революцией. Ведь даже на борту подземного лайнера Рипли умудрялась отстаивать свои права Няньки. Не стоило даже говорить о том, что команда Стинко подчинялась этой малышке беспрекословно и теперь, если временные мамы и папы хотели провести ближайшие недели в полной гармонии и спокойствии, им только и следовало, что почаще прислушиваться к советам Визгливой Рипли и даже не пытаться оттеснить её на задний план.
Нейзер, удобно развалившись на просторном, мягком диване, парящим в полуметре над прохладным, мраморным полом лоджии, негромко наигрывал затейливую мелодию на галанской сирафе. Не смотря на жару, обычную для Южного Антала, на этой лоджии в замке Руниты, увитой плющом и цветущими лианами, было если не прохладно, то уж точно не жарко. Рунита сидела с рукодельем в кресле напротив и, увлеченная жалобными звуками сирафы, печально стонущей в руках Нейзера, перестала вышивать. Длинные и изящные пальцы Нейзера быстро и уверенно брали сложные аккорды. Когда прозвучал последний, Рунита спросила его:
– Ты тоскуешь, Нейз?
Веселый и озорной на людях, Нейзер поднял на нее грустные глаза, улыбнулся слабой, вымученной улыбкой и ничего не ответил. Рунита отложила шитье на резной костяной столик и подошла к Нейзеру. Мидорец сразу же нахохлился, как птенец, и заерзал на своем диване, от чего тот плавно закачался в воздухе. Рунита взяла Нейзера за руку, заставив его спуститься на пол и повела в большой, светлый зал. Там уже был накрыт обеденный стол. Нейзер галантно отодвинул для нее тяжелый резной стул с высокой спинкой и как только княгиня заняла за столом своё место, уселся напротив. Робот-официант, раскрашенный в цвета клана Лиант, немедленно принялся подавать блюда. Едва только Нейзер оказался за обеденным столом, с него мигом слетела грусть, жестом велев роботу налить ему вина, он деловито и весело сказал:
– Рунни, теперь настала твоя очередь. Сегодня вечером к Бидрупу стартует "Молния II". Думаю, что уже через пару дней ты сможешь объявить храмовникам войну.
– Хорошо Нейз. Я сделаю так как ты говоришь. – Тихо ответила Рунита – Хотя, мне неприятна сама мысль о том, что мы уничтожим клоны Веридора, Рава и папаши Рендлю.
