Защитник Полли тотчас превратился в нарядное, пышное платье, которое девушка увидела в витрине дорогобутика, а Стинко уже через пару секунд был одет в соответствии с последним криком моды – поставившим на пьедестал милитари-стиль с его тяжелыми солдатскими башмаками, мешковатыми штанами камуфляжной расцветки, просторной курткой, одетой на голый торс и лихо сдвинутым на бок беретом. Этот трюк с мгновенным переодеванием, моментально вызвал аплодисменты прохожих.
Прежде, чем нырнуть в подземелья Бидрупа, Стинко хотелось пройтись с Полли под ручку и угостить её мороженным. Неспешно прогуливаясь под огромными деревьями, которые были ровесниками проспекта, Стинко заметил еще нескольких ребят, но подходить к ним не стал, ведь они и так должны были встретиться на конвенте через пару часов. Полли была счастлива, что они могли не спеша гулять по проспекту, перешагивая с одной бегущей дорожки на другую, лакомиться жареными орешками и мороженным, покупать сувениры и целоваться в тени деревьев. То, что Стинко непременно хотел представить Бидрупу всех участников недавних событий, она считала глупым выпендрежем, но не критиковала его за это.
Для участия в военном параде, который должен был состояться через неделю, на Бидрупе остались почти все участники недавнего боя с биотами. Коалиционная армия намеревалась показаться во всей своей красе. К параду готовились самым серьезным образом и он планировался едва ли не с большей тщательностью, чем само сражение. Этот парад должен был стать самым грандиозным военным шоу, которое только проводилось когда-либо на Бидрупе и именно поэтому Стинко так настойчиво хотел добиться своего. Ведь именно дети Бидрупа были той причиной, по которой Рафаэл Кертис, рискуя жизнью, несколько раз выходил на связь с Лигой Трейдеров.
Когда до заседания конвента осталось чуть меньше часа, Стинко и Полли подошли к неприметной вентиляционной шахте и Стинко, подняв тяжелую решетку, галантно пропустил Полли вперед. Через пару минут они уже были на двадцатиметровой глубине и оказались в тишине подземных галерей. Над ними тускло тлел биосветильник, с потолка изредка капала вода и Полли вспомнилось то, как она впервые оказалась в этом сумрачном, потаенном мире, который вскоре стал для нее самой и тысяч других детей и подростков единственным безопасным местом во всем огромном городе.
Защитники вновь превратились в комбинезоны и даже укрыли их головы касками с фонарями, дающими широкий, сильный луч света. Полли никогда не была в этих местах, она вообще не очень хорошо знала подземелья Бидрупа, но Стинко тут бывал. Он быстро и уверенно шел вперед, показывая и рассказывая Полли где и что. Подойдя к перекрестку двух энергетических галерей с толстыми кабелями на стенах, он весело рассмеялся и радостным голосом воскликнул:
– А вот тут, Полли, мы с Динным Эрсом встретились в первый раз. Он тогда уже был Проводником и вел к Старику сразу три команды шкетиков и у него кончились харчи. Малышня уже начала хныкать, а тут, как раз, я и нарисовался. Ты бы видела, как Эрс упрашивал меня подкормить его бригаду. Как будто я жлоб какой-то. А вообще-то Эрс был тогда полным раздолбаем. Вот, смотри, Полли, – Стинко подвел девушку к стене галереи – Видишь, это расписка Эрса. Он ведь мне так и не удосужился вернуть два контейнера с харчами.
Полли с интересом посмотрела на смешные каракули. Эрс, судя по надписи, выцарапанной на рыжем строительном керамите, не очень-то отличался особым прилежанием в школе, раз даже такую короткую расписку написал с такими ошибками: – "Распизка. Должын Стинке два контенера с жратвой. Длинный Эрс Холлиген." Она звонко рассмеялась:
– Боже, как же этот парень умудрился свою фамилию написать правильно?
С уважением в голосе, Стинко сказал:
– Зато ты бы видела, как этот парень мочил биотов. У этого двоечника хватило ума поставить себе на спину турель, Бим Плакса садил с его горба по биотам из счетверенки, сам Эрс как-то умудрялся работать сразу с двух "Тайфунов", а Дениза, Грогас и Кривляка Лерой были у них подносчиками снарядов. Вот где был цирк. Биоты, они ведь не такие уж и тупые были и сразу секли, от кого им вреда больше. Эрс и его рота их столько накрошили за первые тридцать шесть минут боя, что по ним чуть ли не все биоты открыли огонь. Их первых, всех пятерых, и накрыло, а потом уже и всей его роте досталось. Так что плевать я хотел на его безграмотность, Полли, и на его долг тоже потому, что он мой самый лучший и верный друг.
Стинко хотел было стереть надпись со стены, но Полли остановила его руку, сказав просящим голосом:
– Стинни, не надо. Пусть эта расписка останется здесь навсегда. Ведь это теперь история Бидрупа.
