Среди миров, в мерцании светил,Лицом к лицу с огромным темным БогомНе дрогнул я: «Да, Бог, скажу о многом!Ценю. Спасибо, что к себе пустил».И может быть, архангел Гавриил,Дух огненный, простерся над порогом:Не приступить к небесным недотрогам.Но подан знак, чтоб грешник говорил.И я сказал, я слышал только сердце,Искал одно: у Бога-разноверцаСтвол истины, не разветвленье лжи.И голос мой звучал как прорицаньеСреди миров — их мрака и мерцанья,Но Бог прервал: «Вернись — и там скажи!»<p>Рождество</p>Пахнет дымом и морозцем,И под полною лунойТропка к хвоям-снегоносцамПоражает белизной.Что-то будет чрез минуту? —В эту полночь — Рождество…Обогреют ли малюткуИ накормят ли его?Чтобы сердцу легче стало,Чтобы знать в глуши лесной:Не напрасно ночь блисталаСказочною белизной.<p>Звезда</p>Звезда играет над тайгою,Над снежно-искристой землей, —Воспоминанье дорогое —О чем? И точно ли — зимой?Да! Драгоценное, живоеОчарованье навсегда:Пахучая — с мороза — хвоя,Снег, Вифлеемская звезда…Волхвы… Прости кощунство, Боже, —Каким волхвам, кому повем? —Скажи: Ты на Голгофе тожеСквозь слезы видел Вифлеем?…Звезда Халдеи над тайгою,И над снегами, в звездах, — Ты…Ты, Боже, Ты!.. Кто б мог такоеИзлить сиянье красоты!<p>Лазарь Шерешевский</p>Лазарь Вениаминович Шерешевский (род. 1926). Поэт. Участник Великой Отечественной войны. Арестован в 1944 году.
В заключении находился до 1949 года. Срок отбывал в лагере «Бескудниково», на Крайнем Севере — Инта, Абезь, Игарка, «Стройка № 501 («Мертвая дорога»)», затем до 1953 года жил на поселении в Салехарде. Автор многих книг.
Часть стихотворений публикуется впервые.
<p>«Да, с дороги сб<code><strong>и</strong></code>лся я большой…»</p>Да, с дороги сбился я большойИ пошел извилистою тропкойС детской искалеченной душой,Чуткой, неустойчивой и робкой…Рухнул вниз в стремительном пике,Как машина, потеряв пилота,И стою сегодня в тупике,Погружаясь в мутное болото.Не понять им истины такой:Черт не страшен так, как намалеван.Машет тонкопалою рукойМне кровавый призрак Гумилева.Стукнет в капсюль спущенный боек,И за все, что душу пропитало,Я последний получу паек —Девять грамм горячего металла.1944 год. Подвал контрразведки<p>«Я, приговоренный к высшей мере…»</p>Я, приговоренный к высшей мереС конфискацией всех личных чувств,Замурованный в тюремной камере,В двери неизвестности стучусь.Обо мне не вспоминают дома,Ибо я бездомен, как луна,И тебе, любимая, неведомо,Что за все заплачено сполна.Рано или поздно буду выведенДля свободы или смерти я…Выход есть, но мне пока не виден онВ путаных распутьях бытия.1944 год. Бутырская тюрьма 
