Среди гор полностью

Все еще не придя в себя от страха, Самат ответил:

— А кто его знает, только я хотел было бежать, как что-то клацнуло за спиной. Перепугался я, смотрю, кто-то показался на серой лошади.

— А ты на кого подумал? — беспокойно спросил Курман.

— Откуда мне знать! Я с перепугу бросился лицом на землю и не шевелился.

— Ну, а что же ты еще видел?

— Да видел, как вы пошли в ту сторону, и даже не боитесь… Я хотел было остановить вас, да голос пропал от страха.

— Стоило так пугаться! — снова улыбнулся, пряча тревогу, Курман.

Паренек задумчиво промолвил:

— Кто его знает… А вдруг, думаю, басмачи?

— Да откуда тут взяться басмачам, это доброотрядцы были.

— А зачем же они тогда винтовками клацают?

— Да это Сапарбай подшутить хотел надо мной. Если бы это были басмачи, то так бы и стали они со мной разговоры вести. Пристукнули бы, и айда в горы!

Самат с подозрением заметил:

— Так ведь вы сами скрываетесь от Сапарбая?

«Ух ты, негодяй! — подумал Курман. — Теперешние мальчишки все знают, не проведешь!» Чтобы успокоить Самата, Курман, доверительно посмеиваясь, сообщил ему:

— Мы с Сапарбаем поссорились было, это правда. Но не целый же год дуться нам друг на друга! Как-никак, мы друзья с ним, прощаем друг другу.

— А, ну вот то-то! — промолвил успокоенный Самат.

— Мальчишка ты еще!

— А разве должны доброотрядцы шутить винтовкой! Да еще сразу на человека целит!

— Ну ладно, оставим это, Самат. Если боишься, иди, лошади пока останутся одни… ничего.

— А вы куда?

— Я… Это тебе не надо знать.

— А может, скажете?

— Нет, лучше я уж не скажу!

Мальчишка решил, что Курман собирается уходить в горы. Он с обидой в голосе сказал:

— Я с вами вместе пасу ночью лошадей, а вы скрываете от меня свои думы!

Курман почувствовал, что Самат как будто бы что-то подозревает. Поэтому он решил бить на его самолюбие:

— Скажу, тебе могу сказать, только ты никому не скажешь?

— Собакой мне быть, не скажу!

— Тот самый, что разговаривал со мной, это был Сапарбай. Мы с ним встречаемся… Он дал мне тайное задание. И мне надо теперь идти выполнять его поручение. Понятно?..

— А что это за поручение, может, и я помогу?

— А ты никому не скажешь?

— Вот бог, никому!

— Понимаешь, я злой на Шарше, хотел отомстить ему. А Сапарбай должен помочь мне в этом деле.

Самат испуганно перебил его:

— А что, его убить собираются?

— Да нет, что ты, бог с тобой? Тьфу ты! — беспокойно засмеялся Курман. — Ну, понимаешь, Сапарбай — начальник. Сейчас он вызовет из дома Шарше, скажет, пойдем на басмачей, выследим, мол, их. А я тем временем проберусь к нему в дом и немного побалуюсь с его молодкой.

— Ой-о, разве можно начальника обманывать?

— А что ж такого. Где надо, там и обману. Только ты никому не говори!

— Нет, никому не скажу.

— Ну вот, теперь я верю!

— Да быть мне собакой, если скажу кому!

— Верно! Верно! — усмехнулся Курман. — Ну, теперь отправляйся, ты не побоишься идти домой: вон ведь почти видать отсюда!

— Нет, не боюсь!

Курман вспрыгнул на неоседланную лошадь и поехал, посмеиваясь над глуповатой доверчивостью Самата. Возле юрты Курман спрыгнул с лошади, привязал ее к обтяжному аркану юрты, а сам вошел внутрь. Там спокойно спали жена, его сынишка и мать. Курман начал что-то искать по юрте. Вскоре он нашел в ногах, под постелью, седло, вынес его. Но одного потника он так и не нашел. Стал шарить под кошмой и разбудил жену.

— Ты что, ты что опять затеваешь среди ночи? — недовольно пробормотала Батий.

Курман негромко спросил:

— Где второй потник?

Недовольно ворча, Батий поднялась с постели:

— Нет потника! Хватит, больше я тебя никуда не пущу! Пусть посадят… Но только брось скитаться по горам, как басмач!

— Да ты что? Мне потник нужен, слышишь?

— А тебе разве не понятно, что я сказала?

— Да я никуда не уйду.

— Тогда зачем ты маешься средь ночи?

— Дело есть.

— Знаю я твое дело. Уйти хочешь!

Курман промолчал. Батий решила припугнуть его:

— Я сейчас разбужу мать. У нее под подушкой спрятан нож. Она сказала: «Если мой сын еще раз уйдет вслед за черно-пестрой змеей Саадатом, то я зарежу себя!» Разбужу ее сейчас!

— Да ты что, дура! Не болтай!

— Буду болтать. Ложись давай в постель. Довольно, не желаю быть вдовой при живом муже.

— Да ты послушай, милая! — стал уговаривать Курман жену. — Я не уйду один. Если уходить, то уйдем все вместе. Отныне мы будем вместе, где бы ни были.

— Это как тебя понять?

— Ты не беспокойся. Вставай пораньше и готовься. Постирай, наготовь на дорогу еды! Потом узнаешь!

Курман этим временем нашел потник и быстро вышел, не дав жене возможности приставать с расспросами.