Казалось бы, ничем не примечательный среднестатистический мужчина среднего возраста Сергей Каменский, приходит в себя в служебном туалете складского комплекса крупного интернет магазина. За дверью бродят толпы голодных мертвецов, заживо поедающих выживших. Первоначальный план выжить и спасти оставшихся в живых постепенно перерастает в желание разобраться и выяснить, что же произошло на самом деле. И тут на выручку приходит его вторая жизнь, известная лишь узкому кругу лиц.
Вступление
Серый мартовский день в Кольцове мало чем отличался от серых мартовских дней в любом из уездных городов центральной России. Такой же хмурый, холодный и мрачный. Тяжелые облака бродили по небу, неспешно наползали друг на друга, подгоняя соседей, сливаясь с ними, иногда скупо сопровождая всё это мелкими снежинками, больше похожими на замерзший дождь, больно секший прохожих по лицу и рукам, громко стуча по крышам машин, домов и гаражей. Подобной весны город не видел очень давно. Март близился к концу, но весна и не думала возвращаться, а природа, словно чувствуя это, бесновалась – то снегом заваливала, то ледяными дождями заливала. Температура скакала от нуля то в одну сторону, то в другую, редко переваливая за пять градусов. Но на какой бы отметке не застывал столбик термометра, холод пробирал до костей.
Последний день месяца к вечеру превратился в депрессивно-гнетущий карнавал тоски и уныния. Редкие машины поднимали с асфальта высокие столбы грязной мги, словно монстр сползающий с дороги на тротуар и стоящие вдоль проезжей части дома. Шум при этом стоял такой, словно из карьера колонна груженых рудой БЕЛАЗов выезжала.
Город не видел солнца несколько дней и оттого выглядел так, словно пережил наводнение – сырой, грязный, мертвый. Опустевшие улицы видели людей лишь по дороге на работу и обратно. Всё остальное время горожане предпочитали сидеть дома. По вечерам город фактически вымирал и лишь свет в окнах напоминал о теплившейся в нём жизни.
Обшарпанные, побитые временем и дождями стены общежития остались позади. Узкая тропинка, прорезавшая высокий грязный наст снега, вилась причудливой змейкой и исчезала между двух старых двухэтажек, давно определенных под снос и со всех сторон обкиданных пивными бутылками, стопариками и фунфырями. Серый мартовский день вот-вот должен был обратиться в сумерки, хмурое небо начинало темнеть, выкидывая на землю редкие полукапли-полульдинки. Холодный ветер пронизывал до костей, заставляя ежиться и стучать зубами неспешно идущую по тропинке парочку.
– Ты можешь пошустрее? – спросила женщина семенящему позади неё мужчине. – Из-за тебя и так опаздываем.
– Никуда мы не опаздываем. Ты сама не захотела на служебном поехать. – оправдывался он.
– И на всю смену без сигарет остаться? – парировала она. – Если бы ты не спал так долго, а сходил в магазин, не пришлось бы сейчас пешком идти.
– Могла бы и сама сходить.
– Зачем ты мне тогда?
Он замолчал, словно сказанные слова были доказательством его вины и продолжил идти за женщиной шаг в шаг.
Впереди показалась проезжая часть улицы, несколько машин пронеслось по ней в сторону вокзала, поднимая за собой слой грязной мги, и шипя словно пробитый мяч. На самом выходе к тротуару стоял невысокий мужчина лет сорока пяти, явно кого-то дожидаясь. Завидев пару, он на мгновение замер, но потом быстро взял себя в руки и развернулся лицом к идущим на него людям.
– Спицына Наталья Владимировна? – спросил он, когда пара оказалась в двух метрах от него и, не дожидаясь ответа, достал из кармана удостоверение. – Макаров Александр Фёдорович, старший следователь московского уголовного розыска. У вас найдётся пара минут для разговора?
Парочка застыла в нерешительности, шокированная столь неожиданным представлением. Но представитель органов был весьма убедителен и говорил тоном, сопротивляться которому не имело смысла.
– Да, конечно, – ответила женщина. – только я не понимаю, что я такого сделала….
– Вы ничего не сделали, но вы можете очень мне помочь, а я, соответственно, смогу помочь вам в будущем. Садитесь в машину. – полицейский указал рукой на старенький серый вольво, ничем не отличающийся убогостью от местного пейзажа, и сам направился к автомобилю. – А вы, пожалуйста, подождите снаружи. – добавил он, обращаясь к мужчине. – Это всего несколько минут. Потом я не стану вас задерживать и, если захотите, подброшу до работы.
– Миша, подожди. – приказным тоном обратилась к своему спутнику женщина и села в машину. – Я не понимаю…
– Не вы одна в этом деле не понимаете. Боюсь, вы действительно мало чем сможете мне помочь, но упустить такой шанс, пусть и весьма призрачный, я не имею права.
– Мы вообще-то спешили. – намекнула женщина следователю, что на долгие предисловия у неё времени нет.
– Я очень надеюсь, что информация, которую я вам сейчас сообщу, останется только между нами и вы не станете ничего рассказывать ни вашему спутнику, ни тем более вашему бывшему мужу.
– У меня их было три. Кого конкретно вы имеете ввиду?
– Вашего последнего. Каменского Сергея Николаевича.
– Боюсь даже подумать, каким образом этот урод перешел дорогу московскому уголовному розыску. Он дорогу в неположенном месте перешел? Или за проезд не заплатил? – она говорила с явным раздражением в голосе. – Вы уж простите, но его законопослушность иногда вызывала во мне тошноту. Сложно представить его вором или мошенником….
– Он не вор и не мошенник. Он киллер….
