Пока я размышлял, первые твари успели достигнуть стены. Мы до последней секунды стояли уверенно, полагая, что стены древнего кремля защитят нас от них. Но увы, этот мир был практически истощён, и энергии, чтобы сдержать полчища отродий, не хватило. Камни, с помощью которых бойцы организовали дополнительный защитный периметр, рассыпались в пыль один за другим. В эти прорехи тут же устремлялись целые волны чёрных бестий. Теперь пулемёты уже не били в толпу, а пытались закрыть места прорыва. Но получалось не очень хорошо: тварей было слишком много, и первые уже как раз начали карабкаться по стене.
— Рус, прикрывай дальнюю башню, — скомандовал я и, выхватив мечи, бросился в атаку на первую тень, что уже показала уродливую голову между оплывшими зубцами.
— А мне чё делать⁈ — выкрикнул Колян. — Я, как вы, не умею.
— Скройся в башне, — не оборачиваясь, бросил я, и снова наискосок рубанул клинком по паучьей морде.
— Залп! Залп! Залп! — пролетел по всей стене переданный по цепочке возглас.
— Твою мать! — выругался я и поспешил укрыться под навесом.
Колян как раз вовремя успел нырнуть в башню, когда чёрные стрелы взмыли в небо, закрывая собой и без того едва заметный солнечный диск. Словно град забарабанил по навесу, заполняя барабанной дробью и так шумную атмосферу. Снизу аккомпанементом им прозвучали крики раненых. Не все успели найти укрытие.
Зато твари воспользовались паузой сполна. Они ворвались на стену и начали поджимать меня и Рустама с разных сторон. Пока мы отмахивались от первого десятка, к ним успела подойти подмога, удваивая количество противника. Мечи безостановочно выписывали причудливые узоры атаки, не давая бестиям прорваться к башне.
Снизу, с внутреннего двора, уже доносилась стрельба, а значит, периметр всё-таки прорвали. А враг всё прибывал. Меня окончательно оттеснили к башне, но подобраться к двери я им всё ещё не позволял. А ещёменяначал переполнять гнев, который постепенно брал верх над боевым азартом. Некоторое время я его всё ещё сдерживал, оставляя в качестве козыря в рукаве, но, пожалуй, пришло время спустить зверя. И я отстранился, уступая ему место.
Медвежий рёв огласил округу, сообщая о появлении нового бойца, и моя туша ринулась вперёд, разрывая всех и каждого, кто попадался под когтистую лапу. Параллельно со мной, обращая врага в прах, двигались ещё две толстозадые туши, сотканные из тени, которой в этом мире более чем достаточно. Мы пёрли как снегоуборочная машина на полном ходу, оставляя после себя облака чёрной пыли.
Слева раздался волчий вой, точно так же изменяя ситуацию схватки в нашу пользу. На мгновение я отвлёкся от боя, чтобы осмотреться, и усмехнулся про себя. Как минимум шесть зверей работало на различных участках стены, обращая противника в пепел. Пулемётные точки продолжали уверенно долбить короткими очередями, а значит, ещё не всё потеряно. Битва вполне может остаться за нами.
Внезапно медвежье чутьё обнаружило более перспективную цель, а именно кукловодов. Твари, конечно, способны доставить неприятности, но действовать столь организованно они могут лишь в одном случае: под управлением бесов. Уж не знаю, откуда они здесь взялись и кто их сюда послал, зато с уверенностью могу сказать, кто их сейчас завалит.
Не думая о последствиях, я перемахнул через стену и, оставляя на оплавленном кирпиче рваные борозды от когтей, заскользил вниз. Мои тени действовали синхронно с хозяином, и вскоре мы вместе прорывались через орду бестий, оставляя после себя просеку неслабой ширины.
Похоже, мои братья-витязи тоже почувствовали бесов, потому как буквально в нескольких метрах от меня, словно нож сквозь масло, прорезала себе путь стая волков.
Зверь почувствовал Баала раньше, чем его заметило человеческое сознание. Пробиваясь сквозь толпу чёрных бестий, медведь резко свернул влево и проскочил практически у самого носа волчьей стаи, которая тут же сменила направление, устремившись следом. Вскоре волки разошлись в стороны, расчищая путь косолапому. Впрочем, ему это и не требовалось. Тени для него не создавали особых проблем.Так, лишь слегка замедляли.
Баал ждал меня, я видел это по его кривой самодовольной ухмылке. Там, в моём мире, он проиграл, но здесь пониженный энергетический фон был ему на руку. А ещё впервые за всё время, что мы с ним встречались, он находился в собственном обличье. Я помнил его таким, когда блуждал во снах, по памяти Исая. Тогда их встреча закончилась в пользу Баала.
Его атака была молниеносной. Однако прямой удар, нацеленный в нос зверю, не достиг цели. Я вернулся в человеческий облик мгновением раньше, перехватил руку противника, подтянул его к себе и контратаковал локтем в челюсть. Враг отшатнулся, даже пламя в его глазах на мгновение померкло. Но убить его в рукопашной схватке не выйдет, слишком он для этого силён. Даже заговорённые пули не причиняли ему особого вреда. Да я и не надеялся победить его с первого удара. Задача состояла в том, чтобы сбить с него спесь. И мне удалось.
