Э. А. Корольчук сначала прочла их так, как они написаны, разобрала буквы, цифры по тем еле заметным следам, которые карандаш оставил на бумаге. Пока разбирала — выучила наизусть. В любой момент, днем ли, ночью, она могла мысленно воспроизвести всю страничку. Ей не нужно было все время иметь под рукой фотокопию. И днем и ночью, дома и вне его она искала ключ к разгадке. Она изучила множество известных шифров. Нет, ни один из них не подходил к ленинскому. Это и понятно, Ленин сам мог изобрести любой замысловатейший шифр, и как бы ни старались дешифровщики охранки, ленинский был не для них.
В поисках ключа Корольчук делала маленькие открытия. Она убедилась, что не все слова написаны шифром, что многие попросту являются сокращениями, но тоже не простыми, а часто одно слово вмещает три, четыре сокращенных, составляющих вместе целую фразу.
Ленин мог выпустить из слов все гласные или согласные буквы, мог в одном слове сокращенно написать фразу, причем каждое сокращение писалось на трех или четырех языках.
Но разгадка пришла, пришла внезапно. Хотя это только так кажется — внезапно, вдруг. Ведь Корольчук искала ключ, искала напряженно, искала так долго, что все ее помыслы сосредоточились на этом.
Ключ заключался в сочетании двух цифр, рассеянных по тексту письма: 3–7, 3–7. Ну, конечно же, Владимир Ильич шифровал буквы по принципу — вместо нужной буквы ставится иная, отстоящая от нее по алфавиту к началу его или к концу на 3 или 7 букв. Вместо «Л» — «О» или вместо того же «Л» — «Г».
Попробовала прочесть — получается!
Так были прочитаны некоторые зашифрованные слова. Но другие не поддавались дешифровке с помощью этого ключа. Ужели Ленин в одном письме применил два или несколько шифров? Не может быть. И все же применил. Но очень своеобразно, очень остроумно — по-ленински. Он некоторые слова сокращал так, что на первый взгляд именно они и казались зашифрованными, а зашифрованные звучали как сокращения: «вор-ы», «лабриз» и т. д. Это не шифровка: «вор-ы» — просто «вопросы», «лабриз» — 4 (для) листка большое распространение и значение.
И вот, наконец, расшифровано первое письмо, в котором Ильич дает указания своим товарищам по «Союзу борьбы» вести агитацию за съезд социал-демократов, съезд, который, наконец, Роздал Российскую социал-демократическую партию. Ленин говорит о необходимости устранения организационных недостатков, более широком развертывании агитационных изданий и т. п.
И снова семидесятидвухлетняя женщина склоняется к столу. Снова ищет ключи к шифрам, разгадывает сокращения. Труд Э. А. Корольчук далеко не завершен, ведь на обороте карты Ленин уместил три письма!
До сего времени еще не составлена полная биобиблиография работ Владимира Ильича Ленина. И нельзя сказать, чтобы над ее составлением никто не работал. Опубликована уже биохроника за 1917–1918 годы. В Институте марксизма-ленинизма трудятся десятки научных работников, продолжая начатое. И это большой труд, связанный с новыми поисками, экспертизами и т. д. И если в институте уже собраны 30 тысяч ленинских документов, то это никак не означает, что найдено все и все уже ясно.
Биобиблиография предполагает, что будет прослежен каждый день, каждая минута жизни Владимира Ильича, каждый час его работы. Будут уточнены, зафиксированы выступления вождя, его беседы и т. д.
Ведь известно, что многие ленинские статьи утеряны, беседы не записаны, а даты ленинских встреч неизвестны.
Иногда ответы на некоторые вопросы, связанные с датами жизни и деятельности В. И. Ленина, находятся в таких документах, в которых, казалось, никто их и искать не будет.
В Центральном государственном архиве Октябрьской революции хранятся любопытные книги. Вид у них невзрачный, они похожи на бухгалтерские. Разлинованы простым карандашом, заполнены торопливыми почерками: чернила, как правило, водянистые. Строчки часто идут вкривь, несмотря на линейки.
Книги называются: «Журнал для регистрации пропусков». Пропусков в Кремль. Причем пропусков постоянных, временных и разовых. Пропусков за 1918, 1919, 1920 годы.
Очень интересный документ, но до сего времени на него не обращали внимания. И обнаружили только при очередной описи.
Пропуска постоянные выдавались два раза в год — с 15 июля на срок до 1 января и с 1 января.
И каждый раз заводился новый журнал. Во всех журналах на первой странице под № 1 стоит «В. И. Ульянову (Ленину)». Вторым номером обычно выдавался пропуск секретарю Владимира Ильича — Бонч-Бруевичу, затем Надежде Константиновне Крупской, которую в книге записывали «Н. К. Ульянова (Ленина)», далее следовала Мария Ильинична, А. Елизарова и т. д.
Интересно полистать эти журналы.
Вот, например, страница, помеченная 30 августа 1918 года. С утра в Кремль идут самые различные люди. Они получают разовые пропуска. В журнале не помечено время их получения. Да и в предыдущие дни никто не отмечал часов выдачи пропусков. И вдруг страница обрывается недописанной, и на новой странице та же дата — 30/VIII и «11 часов вечера».
№ 319 Владиславлев С. П.
№ 322 Обух В. А.
№ 323 Ветеберг Б. С.
