Чувствовалось, что уровень политической активности на Мальте постоянно высок. Удивляло обилие и разнообразие газет в киосках: тут и местные издания на мальтийском и английском языках, и британские, и итальянские. И на самой главной улице, и в спускающихся по обе стороны от нее к морю узких «алжиро-тунисских» переулках, и на примыкающих к ней или пересекаемых ею площадях — везде афиши, плакаты, портреты конкурирующих политических деятелей. Наш гид Анна, миниатюрная грациозная девушка, представляющая местную туристическую фирму «Мифсуд и сын», охотно объяснила: «У нас сильны социалисты, социалистическая партия, социалистические принципы и идеология. Но это сочетается с сильной, как нигде, приверженностью к римско-католической церкви». Действительно, с 1971 г. Мальтой правит лейбористская партия, входящая в Социалистический Интернационал и насчитывающая в своих рядах 7 тыс. человек. Это очень много для Мальты, все население которой не превышает 200 тыс. Лейбористы — самая организованная и массовая политическая сила страны, опирающаяся на профсоюзы и имеющая в парламенте 34 места из 65. Но, очевидно, делать из этого вывод о силе «социалистических принципов и идеологии» на Мальте было бы несколько преждевременно. Оппозиция, представленная националистической партией, также довольно сильна.
Эта партия, ратующая за союз с Англией и США, за вступление в «Общий рынок» и сохранение на Мальте баз НАТО, была правящей первые семь лет независимого существования Мальты (1964–1971). Буржуазия, и особенно мелкая буржуазия, традиционно сильна на острове, а мальтийские торговцы и посредники издавна славились и за пределами своей родины, например в Северной Африке. Разумеется, они не могут быть довольны нынешней политикой лейбористского правительства Минтофа, которое денонсировало соглашение 1964 г. с Англией о сохранении военных баз на острове, покончило с антинациональным «гостеприимном» своих предшественников, любезно предоставивших территорию острова для резиденции южного штаба НАТО, и закрыло порты страны для постоянно курсирующего в Средиземном море 6-го военно-морского флота США. Разумеется, эти меры отвечали патриотическим настроениям простых мальтийцев, но для предпринимателей в сфере торговли и услуг, для оптовиков и поставщиков различных товаров из Европы, да и для некоторых других категорий мальтийцев (до недавнего времени 12 % самодеятельного населения острова было занято обслуживанием английских войск) они были неприемлемы.
Вот почему на маленькой Мальте продолжают кипеть политические страсти (политические лозунги мы видели всюду, даже на придорожных камнях), а лейбористскому правительству приходится маневрировать, подчас совсем не придерживаясь провозглашаемых «социалистических принципов». Например, оно вынуждено было после долгого саботажа Англией его требований о выводе британских войск с Мальты продлить в 1972 г. еще на семь лет срок функционирования на острове английских военных баз.
Присутствие Англии чувствуется здесь и сейчас. Все мальтийцы бегло говорят по-английски, а проживающие на острове англичане так освоились, что в разговоре с мальтийцами нет-нет да и употребят какое-нибудь мальтийское слово. На Кингзуэе можно увидеть британские товары и британские книги за витринами магазинов, памятник надменной королеве Виктории на площади перед Национальной библиотекой. Вместе с тем чувствуется, что англичанам пришлось потесниться. Ранее их самая большая казарма располагалась прямо в центре города, на Кингзуэе, недалеко от главного для католиков собора св. Иоанна. Ныне здесь — ливийский культурный центр, ведущий пропаганду арабской культуры и очень популярный среди мальтийцев. Это только одно из проявлений многообразных и давних исторических связей Мальты с арабским миром.
