В 1436—1438 гг. произошло восстание крестьян и низшего рыцарства в Норвегии, направленное против крупных землевладельцев и датских чиновников. Сначала поднялись юго-восточные районы (вокруг Осло), где повстанцев возглавил дворянин Амунд Сигурдссон Болт. И здесь знать попыталась использовать восстание для восстановления политической независимости страны. Риксрод, в котором участвовали Амунд и представители крестьян, направил королю Эрику послание, прося соблюдать право и законы Норвегии, не назначать на светские и церковные должности иноземцев, вернуть стране ее государственную печать и отменить незаконные налоги. В 1438 г. восстало под теми же лозунгами населецие Телемарка и соседних областей. Под предводительством бонда Хальварда Гротопа повстанцы двинулись к Осло, но были разгромлены норвежскими же дворянами, которые для этой цели объединились с датским фогдом. Однако и здесь восстание не было безрезультатным: как и в Швеции, оно оказалось в числе основных факторов, помешавших распространению личной зависимости держателей.
Крестьянские волнения произошли также в Дании в 1439—1443 гг. Они начались в Зеландии, где было много лично зависимого крестьянства, но наибольшего размаха достигли среди свободных крестьян Ютландии (1441—1443). Классовые столкновения в Дании были сосредоточены на борьбе крестьян против своих господ. Характерно, что и здесь основной силой движения было свободное крестьянство, выступавшее против централизованной эксплуатации и нажима на крестьянскую свободу со стороны государства. Воспользовавшись народным движением, датская знать в 1439 г. низложила короля Эрика. Вскоре к акту присоединились шведы и норвежцы.
Народные войны открыли новый этап в истории унии: тенденции единения теперь противостояла примерно равносильная тенденция разъединения. После недолгого правления нового общего короля — князя Баварского Кристофера I (1438, в Швеции 1441—1448) шведы избрали своим королем Карла Кнутссона (Бунде), который претендовал и на норвежскую корону. Датчане же пригласили на свой престол князя Ольденбургского, ставшего их королем Кристианом I, а также королем Норвегии — после того как последняя была вынуждена согласиться на провозглашение «вечной» датско-норвежской унии (1450). Вскоре между Данией и Швецией, поддержанной Ганзой, началась серия войн (1452). Изыскивая средства для войны, король Карл прибегал к экстраординарным поборам, повышая импортные пошлины, и даже попытался снова провести земельную редукцию (возвращение в казну ранее розданных земель). Это вызвало мятежи знати, которую поддерживали бюргеры Стокгольма, общины Бергслагена и Упланда. Трижды Карл Кнутссон изгонялся из страны. Летом 1457 г. корону Швеции получил было Кристиан I, что означало востановление унии.
Однако внимание Кристиана I было отвлечено на борьбу за объединенный лен Шлезвиг-Гольштейн, где в это время пресеклась правящая голштинская династия. В результате долгой борьбы Дания потеряла сюзеренитет над Голштинией, которая стала леном германского императора, Шлезвиг, хотя формально остался леном датской короны, находился под влиянием империи. Нуждаясь в средствах для своей шлезвиг-голштинской политики, Кристиан I обложил единой податью крестьян-бондов, держателей-ландбу и бюргеров. Шведы восстали и зимой 1464 г, разбили войско короля. Уния снова распалась.
В 1471 г, регентом Швеции стал племянник незадачливого Карла Кнутссона Стен Стуре (Старший), ставленник шведской знати. Так было положено начало правлению дома Стуре (1471—1520) — активного борца за расторжение унии.
За политической борьбой внутри унии скрывались большие экономические и социальные сдвиги. В XV в. отчетливо выявилось, что аграрный кризис был одним из проявлений той хозяйственной перестройки — под воздействием товарно-денежных отношений, которая знаменовала переход феодальной организации на новую ступень. Тесно связанные с балтийским рынком, Дания и Швеция с этого времени вступили в полосу процветания. Норвегия отставала, но перестройка происходила и там.
В целом по региону численность населения к концу XV в. превысила уровень середины XIV в. Оживился процесс внутренней колонизации, особенно Далекарлии, шведского и норвежского Севера, финских земель. Увеличилась в регионе роль животноводства, продукция которого имела емкий сбыт в балтийской торговле. Одновременно сохранялась нехватка рабочих рук. Оба эти обстоятельства вели к распаду домениально-вотчинной организации и распространению надельной крупной земельной собственности, которая стала преобладать со второй половины XIV в.
