Тогда она успокоила себя тем, что он был пьян. Но впоследствии их встречи стали более частыми, однако он по-прежнему был настроен по отношению к Ларисе чисто по-дружески. Лариса вспомнила, что тогда на уровне подсознания это ее даже нервировало.
Но теперь ситуация требовала именно дружеского участия, и Лариса проявила свои лучшие человеческие качества.
– Ты в порядке? – спросила она, слегка дотронувшись до руки Патрушева чуть выше локтя.
Андрей ничего не ответил. Он хмуро смотрел на сцену, где сидел Аткарский со своей дамой.
– Это Аня Давыдова, – упавшим голосом сказал Патрушев, кивнув на эту пару.
Ларисе все стало ясно – Аня Давыдова была его любовницей. Вернее, судя по дислокации персонажей в зале, уже бывшей. Виной тому являлся Аткарский, и переживания Патрушева были очевидны.
– Она… она… – Патрушев старался подобрать нужные слова, но это у него не получалось, и он, отвернувшись, лишь отчаянно махнул рукой.
Лариса инстинктивно последовала взглядом в том направлении, куда смотрел Андрей, и увидела новых персонажей, появившихся в зале из-за той же самой двери, откуда немного ранее вошли Аткарский с Кравцовой.
Это была группа из нескольких мужчин среднего возраста – все коренастые, небольшого роста. Круглые лица, бритые затылки, круглые глаза, густые брови…
И животики, нависшие над ремнями брюк. Словом, обычный типаж «нового русского», или, если проще выражаясь, «бандита».
Они уверенно прошагали в направлении сцены. За ними семенил прилично одетый человек более пожилого возраста, типичный представитель административного работника какой-нибудь властной структуры.
Лариса сразу поняла, что настроены вошедшие господа весьма решительно, если не сказать, агрессивно. Ее предположения подтвердились довольно скоро.
Один из бритых отделился от группы и поднялся на сцену, остальные подниматься не стали, и довольно в резкой форме, подойдя к Аткарскому, предложил ему выйти и поговорить. Стоявшие перед сценой люди молчали, но всем своим видом подтверждали серьезность этой просьбы. И Аткарский, поразмышляв несколько секунд, решил уважить просьбу гостей.
Среди тех, кто сидел за столом, тем временем пронесся тревожный шепот.
– Господи, чего они хотят?
– Бандиты какие-то…
– Не знаю, но мне кажется, Аткарский все уладит – Может быть, вызвать милицию?
Аня Давыдова заерзала на стуле и, проводив внимательным взглядом Аткарского с непрошеными визитерами, осталась сидеть на месте. Эвелина Горская была обескуражена и в то же время с каким-то нездоровым восторженным интересом наблюдала за этой сценой. Лариса же по-прежнему делала вид, что все происходящее ей страшно наскучило. На самом деле она в который раз досадовала на себя, что согласилась пойти сюда вместе с Эвелиной. С другой стороны, события начинали приобретать черты некоей авантюры.
И к тому же Патрушев… Все это Ларису как-то внутренне тонизировало.
А Патрушев решил, что настал момент, когда ему стоит обратить на себя внимание Анны, дабы поставить все точки над "i" без всяких истерик. Он прошел к столу и остановился около сцены, глядя прямо на нее.
Та тут же заметила Андрея, изобразив на лице испуг и удивление. Она, правда, и раньше подозревала, что где-то, в глубине зала, мог находиться Патрушев, но не была уверена в этом на сто процентов. Теперь ее подозрения оправдались. Однако она опасалась разговора с любовником, поскольку чувствовала себя виноватой, и ей не хотелось, чтобы Патрушев устраивал ей здесь сцену. Во всяком случае, она ожидала от него именно этого.
Однако Андрей стоял и очень спокойным, немигающим взглядом продолжал смотреть на нее. Аня думала, что его молчание должно разразиться в конце концов бурным эмоциональным всплеском, но нет, Патрушев все стоял и молчал. Долго это продолжаться не могло.
Аня встала и, слегка пошатываясь, сама подошла к нему. Патрушев посмотрел на Ларису так многозначительно, что она поняла – лишней в этом разговоре она не будет: Патрушев сейчас нуждался в надежном «тыле».
– Что ты здесь делаешь? – спросила Давыдова чуть хрипловатым голосом.
– Пришел расширить свои горизонты, – попытался пошутить Патрушев. – Впрочем, наверное, как и ты… Только горизонты у нас разные. У меня – профессиональный интерес, а у тебя – похоже, половой..
Последние слова Патрушев постарался произнести как можно более равнодушно, но чуть заметная дрожь в голосе выдала его. Ему было обидно, что его женщину вот так запросто смог закадрить какой-то Аткарский, пусть и пользующийся репутацией личного экстрасенса жены губернатора.
– У тебя, похоже, тоже, – не осталась в долгу Давыдова, явно намекая на присутствие Ларисы.
Котова сделала возмущенное лицо.
– Кстати, Лариса Котова, моя давняя знакомая, неуклюже представил свою спутницу Патрушев.
