Вот и знакомые дюны, палатки… Низко поворчав, глохнет мотор. Лодка с мягким шелестом вонзается в песок. Я — худой, как мексиканец, на плече рюкзак, в зубах «Chesterfield» — спрыгиваю в реку, чего бы там ни ляпнул Гераклит. Друзья привстают, оставив карты лицом вверх. Меня узнали.
— Ни хрена себе, кто приехал…
— Это Макс что ли?
Обнимаемся, нахлопываем спины.
— Ты откуда?
— Дайте мне его куснуть…
— Штрафничок ему!
— Стакан-то привёз?
— Ну, брат, рассказывай.
И вдруг я понимаю, что рассказывать мне нечего. Тридцать лет исчезли в никуда, хоть заново живи. Дым царапает глаза, не хватало ещё прослезиться… Где эта чертова кнопка?? «Esc»! «Esc»!! «ESC»!!! Ничего… Только Волга, хруст песка и лето без конца. И солнце, как блестящая трехкопеечная монета, кувыркается в небе. А после мягко шлепается в подставленную ладонь.
