Прибыли лейтенант Князев и Тетенов, доложились. Командир взвода сразу прошёл к столу и сел, а Тетенов и я подошли поближе.
— Князев, ты знаешь, что твой Цеханович вчера занял первое место в дивизионе?
— Насчёт первого места не знаю, а мне доложили, что он занял предпоследнее место, — командир взвода спокойно и невозмутимо смотрел на командира батареи.
Комбат откинулся на спинку стула и нервно забарабанил пальцами по столу:
— Кто тебе об этом доложил?
Лейтенант Князев всё также невозмутимо повернулся к нам и кивнул на Тетенова:
— Вот, командир отделения и доложил.
На Тетенова было жалко смотреть. Он по всей видимости вспомнил вчерашний наш разговор и теперь был в растерянности и в замешательстве.
— Мне вчера так доложил курсант Цеханович, а я сегодня доложил командиру взвода.
Теперь все, даже Паничкин, молча и с интересом смотрели на меня. Молчание прервал комбат:
— Цеханович, а с чего ты сам сказал про предпоследнее место? Ты же не дебил…, — помолчав, констатировал Климович.
— Товарищ капитан, как мне поставил задачу младший сержант Тетенов — так я её и выполнил, — Князев с Климовичем недоумённо переглянулись, а лицо младшего сержанта пошло пятнами. Я продолжил, — да, я знаю, что занял первое место, но когда об этом доложил младшему сержанту Тетенову, он мне не поверил. Даже с ехидцей отверг саму возможность, что я мог занять первое место. А у меня, кроме физо одни отличные отметки…, вот я и сказал, что предпоследнее место занял, чтоб он успокоился. Как он мне поставил задачу — не ниже предпоследнего. А я…
— Молчать, курсант…, — Климович громко хлопнул по столу ладонью и уже более мягким тоном продолжил, — молчать, а то сейчас ты много лишнего наговоришь… Мне всё понятно. Ну, что Тетенов скажешь? А вообще-то нет, сначала я расскажу, что здесь происходило и чего я так возбудился. А…, вот потом, сержант, ты уже расскажешь…
Климович повернулся к Князеву и стал рассказывать:
— Приходит командир дивизиона и задаёт мне вопрос — Как я думаю отметить курсанта, занявшего первое место в дивизионе? А я даже о соревновании не знаю. Ну, ладно это моё упущение. За это я получил и по полной программе. Но здесь, оказывается, совершенно по другому интрига закручивается… Так что, товарищ Тетенов мне вот интересно… Ладно, я командир батареи — не знаю… У меня вас 125 душ — своих делов полно до крыши. Командир взвода поверил вашему докладу… Не стал он уточнять… Понятно. Но вот как вы, Тетенов, который круглые сутки со своим подчинённым живёшь и спишь и так обосраться? А?
Тетенов молчал, так как ему просто нечего было отвечать и молчание нарушил командир взвода:
— Тетенов, ещё на один вопрос ответь. До меня доходит информация, что ты неровно дышишь к Цехановичу, из-за того что он собрался поступать в военное училище. Это так?
— Ладно, Князев, — комбат с болезненной гримасой остановил командира взвода, — сейчас мы во всём разберёмся, а пока Паничкин, Цеханович — из канцелярии шагом марш.
Мы вышли из канцелярии и уселись на табуретки в своём расположение:
— Ну ты, Боря, и влетел… Тебе Тетенов этого не простит…
Я и сам это прекрасно понимал, но честно говоря, особо от этого не расстроился. Ну что он мне сможет сделать? Что? Нарядами на работы меня не напугаешь. Морду набить мне — ну, не принято у нас так. Да и Бушмелев не позволит ему — он во взводе хозяин. И характер у Тетенова мелковат — так, исподтишка, пользуясь властью лычек, подговнить сможет, а подраться — кишка тонка… Если борзеть не буду и буду вести себя правильно, то всё обойдётся. Даже старослужащие сержанты ничего мне не скажут.
Через пятнадцать минут из канцелярии, с красным лицом, вышел Тетенов и сразу же направился в расположение. Паничкин вскочил с табуретки и сразу же испарился, а младший сержант сел на табуретку напротив и молча стал сверлить меня взглядом, но встретил мой прямой и открытый взгляд.
— Цеханович, я тебе эту подставу не прощу… Так и знай…
Следующие десять минут прошли в молчание, когда каждый из нас думал о своём. Пришёл командир взвода и также молча уселся напротив нас, а мы в свою очередь поднялись. Но лейтенант махнул рукой и мы тоже сели. Посидев пару минут, Князев распорядился:
— Тетенов, двигай на прямую наводку. Остаёшься старшим, а замкомвзвода сюда.
Последующие двадцать минут Князев расспрашивал меня о службе, настроении, об учёбе, но я как оловянный солдатик бодро отвечал — Так точно…, всё хорошо…, кормят хорошо…, настроение бодрое…, Всё отлично.
— Гера, ты знал, что Цеханович занял первое место? — Спросил Князев Бушмелева, как только тот прибыл в расположение и сел на табуретку.
— Так точно, но только не знал, что он доложил Тетенову.
— А ты знаешь, что Тетенов, за то что Цеханович хочет стать офицером, чересчур гоняет его?
— Знаю…, — Бушмелев спокойно смотрел на командира взвода.
