— Физкультпривет! — сказал он и шагнул в прихожую.
Парень держал своими лапами девицу за шею.
— Тебе чего? — набычившись, спросил он.
— Интересуюсь криками, — невозмутимо сказал Терентич, как будто был дежурным газовиком, обходящим квартиры на предмет утечки. — В смысле, кто и по какому поводу. Может, помочь чем?
Парень отстранил девицу в сторону, повернулся торсом к Терентичу и глянул на него сверху вниз. Он был повыше ростом и пошире в плечах.
— Это папаня того художника, у которого я работаю, — завыла девица. — Он проводил меня до дома и оплатил тачку.
Терентич, не отрываясь, смотрел на девицу и видел её заплаканные глаза. Конечно, бабьи слезы он видел за свою жизнь много раз, и они вызывали у него легкое раздражение. Поэтому предпочитал не доводить женщин до слез. Однако парень наступал на него впалой грудью и дышал в лицо гнилыми зубами.
— Ну что, старый, остаешься или поехал?
— Пожалуй, поеду, — сказал отец и поднял взгляд на парня. Но тот, по-видимому, только и ждал, когда старик уберется с глаз долой. Терентич решил ему не потакать. — Нет, пожалуй, останусь. И скажу тебе пару ласковых.
— Чего? — помрачнел парень.
— Ничего! — огрызнулся Терентич и принялся за свою лекцию. Сказал для начала так: — Если бы я был на твоем месте, я бы её хорошенько отшлепал.
— Ну, — согласился парень, видимо, намереваясь это самое и сделать.
— И не пускал бы из дома, — продолжил старик и привел следующий довод: — А если бы я был на её месте, я бы тебя давно бросил.
— Почему это? — Лекция парню, видимо, понравилась.
— Потому что ты, дебил, даже не можешь сам заработать денег! — веско приложил его Терентич. — И заставляешь женщину торговать своим телом.
— Чего? — Парень даже не знал, что и сказать от изумления.
— Почему бы тебе свои телеса не выставить на обозрение? Ишь, какие накачал бицепсы, трицепсы и сисепсы! Может, побольше её заработал. Пройдись голяком по проспекту, за вечер мою пенсию соберешь.
Наконец парень собрался с мыслями.
— Щас я тебя голяком по проспекту пущу! Понял, старый? Если через минуту ты ещё будешь здесь стоять!
Парень поднял исколотые ручонки и толкнул старика в грудь.
Терентич устоял, но это ему не понравилось. Не любил он, когда его задевали руками, да и другими предметами. И всегда старался ответить тем же. Действие равно противодействию, считал он, запомнив ещё со школы этот физический закон. И он без размаха точным коротким ударом мощного кулака заехал детине в солнечное сплетение.
Парень согнулся в пояс. Девица завыла в голос.
— Не распускай руки, сынок, особенно когда старшие рядом, — сказал наставительно Терентич и обратился к девице. — А ты не ори! И хорошенько подумай о своем будущем.
И он важно удалился с осознанием выполненного долга, громко хлопнув за собой дверью.
Илья был даже рад, что отец куда-то пропал. Это давало свободное время для маневра. А так бы папаня наверняка увязался за ним. Согласно полученным от Феди инструкциям он созвонился с банкиром, представился крутым бизнесменом и пригласил его в ресторан. Как это ни странно, банкир согласился. Видно, такие приглашения он получал регулярно и был прекрасно осведомлен об их назначении. Он сказал, что подъедет в ресторан к семи и просил не опаздывать, поскольку каждая минута его драгоценного времени оценивалась в несколько баксов. Правда, не стал уточнять, во сколько.
Илья отправился в офис к Феде, получил у него мобильный телефон и ключи от машины, пообещав подогнать «ниссан» к фединому офису после ресторана и сообщить о результате переговоров. Потом Илья быстренько заехал домой, пока жена находилась на работе, надел свой самый лучший костюм, сел в шикарную тачку, мечту на колесах, и за полчаса до назначенного времени подъехал к ресторану «Фигаро», выбранного опять-таки по фединому совету. И заказал столик на двоих.
Банкир Разумовский появился ровно в семь. Илья сразу понял, что это он, когда увидел подъехавший черный «мерседес». С водительского сиденья вылез внушительный детина с тяжелым взглядом и мощным загривком, открыл заднюю дверцу и выпустил наружу молодого холеного розовощекого мужчину в хорошем дорогом пальто.
Банкир, не заботясь более о машине, быстро направился к дверям. «Пунктуальный, видно, человек, — подумал Илья, глядя, как к нему приближаются двое. — Хоть бы опоздал минут на двадцать ради приличия». Извинился бы за опоздание, Илья бы сказал: «Чего уж там!», и благожелательное настроение с обеих сторон было бы гарантировано. А так Илья чувствовал себя не в своей тарелке и даже не знал, о чем с ним говорить. Не лепить же в лоб про кредит. Ему оставалось только изобразить учтивую улыбочку.
— Здравствуйте. — Разумовский бросил на него быстрый взгляд и, не задерживаясь, прошел внутрь. Телохранитель не отставал от него ни на шаг, прикрывая тыл. Последним прошмыгнул в двери ресторана Илья.
