Неподалеку с долей разочарования и сожаления наблюдала за происходящим Находка. Она так спешила помочь, что впопыхах забыла закрыть на замок дверь своих апартаментов. Результат не замедлил сказаться, а, вернее, объявиться: через три минуты после начала работы на место катастрофы прикосолапил довольный своею сообразительностью и предприимчивостью Малахай, и с этого момента единственной работой октябришны стало не давать ему мешать работе других.
И только гвардейцы стояли рядом с ней, сконфужено переминались с ноги на ногу и старательно избегали глядеть ей в глаза.
Они только что закончили излагать события прошедшей ночи.
— …И с тех пор Ивана абсолютно никто не видел? — угрюмо уточнила она.
— Нет… совсем никто… Мы всех переспрошали… Макарша на себе волосы клочками дерет, говорит, это он его прокараулил, не углядел, не уследил…
— Кстати, о «прокараулил», — запоздало спохватилась царевна, скрепя сердце отодвигая пропавшего супруга на второй план. — Вранежа вы отпустили, или сам удрал?
— Вранежа?!..
— Понятно, — мрачно поджала губы она. — Сначала Иван, теперь еще и этот гусь…
— Вранеж сбежал?!
— Ну, если никто ему вольной не давал…
— Да кто ему!..
— Да кто его!..
— Да кому он!..
— Демоны его задери!..
— Постой, а откуда ты знаешь, что он утек?.. — прервал поток красноречия друзей Кондрат.
Царевна обвела театральным жестом следы аварии.
— Это была его карета, ребята. И его деньги. Мы с охотниками их сегодня на горке нашли. Правда, ни лошадей, ни кучера, ни хозяина нигде рядом не было…
— Демоны задрали? — с робкой надеждой воззрился на нее Прохор.
— А у него сегодня ночью дом сгорел, — ни с того, ни с сего вспомнил вдруг Захар.
— Поджег и сбежал? — нахмурилась Серафима.
— Сбежал и поджег? — предположил Наум.
— Сбежал, поджег и сбежал, — сурово вывел окончательную версию происшедшего Кондратий.
— Но где же тогда может быть Иван, где?!.. Интуицией чувствую, что это как-то связано, но как, как, как, как?!..
— Ваше высочество Серафима?..
Царевна почувствовала, как кто-то несмело, но настойчиво потянул ее за рукав сзади.
Она раздраженно оглянулась, и на уровне плеча встретилась взглядами с тремя парами серьезных детских глаз.
— Ваше царственное высочество, надо говорить, — с негодованием прошипела единственная среди них девочка на своих друзей и сделала попытку изобразить реверанс, держась за подол нового армячка.
— Да, то есть, ваше царственное высочество, — быстро отпустил ее рукав и поправился курносый мальчишка.
— Мы хотели… — заговорил было третий.
— А теперь про погоду надо, — так же сердито цыкнула на второго невежду девчонка и, не сводя преданного взора с озадаченной царевны, с выражением продекламировала:
— А погода сегодня холодная, ваше царственное высочество. Скоро конец ноября, как — ни как. Снег должен уже вовсю лежать…
— А он все никак не уляжется, — степенно присоединился к светской беседе курносый. — Смотрю я, небо темное, смурное, а ни шиша нету…
— Может, хоть сегодня снег пойдет? — нерешительно предположил парнишка с поцарапанной щекой.
— Какой снег? При чем тут снег? — непонимающе сморгнула Серафима и перевела встревоженный взгляд с одного знатока придворного этикета на другого, потом на девочку. — Вы что-то про Ивана знаете, так?
— Да… То есть, нет…
— Мыська хочет сказать, что мы видели его высочество Ивана после того, как все в управе разошлись, — пояснил курносый мальчик.
— Но мы не знаем точно, куда он ушел… — развел руками его поцарапанный товарищ.
— Но нам кажется…
— Скорее всего…
— Хотя мы не знаем точно…
— Потому что он ничего про это не говорил…
— Это просто мы думаем, что он думал, вы не думайте…
— А точно мы и не знаем никак…
— ЧТО?!
— Что он хотел пойти в тюрьму поговорить с Вранежем, — расстроено завершила девочка, повернулась уйти с чувством выполненного долга[64], и мальчишки потянулись за ней.
Гвардейцы вскинулись.
— Откуда?!..
— Кто?!..
— Как?!..
— Когда?!
— Тихо, тихо, Кондрат, Захар, прекратите! Вы же их так только перепугаете! — укоризненно замахала руками на солдат как на драчливых мальчишек Находка.
— Но мы должны!..
— А мы не боимся!..
— Что?.. Что эти пострелята опять наваракосили? На минуту отвернуться нельзя!..
Это подоспели дед Голуб с матушкой Гусей.
— Ничего…
И тут Находка, последние несколько минут недоуменно вглядывавшаяся в лицо тощей пигалицы с косичками, точно вспоминая нечто важное, наконец это важное вспомнила, и с пытливо заглянула Мыське в лицо:
— Как дела у тебя в новом доме? Собаки твоего отчима теперь ведут себя хорошо?
— Так это вы?!.. Вы знали?!.. В мешочке был не… То есть, это вы нарочно?.. В смысле, специально?.. — вытянулась и заиграла недавними моральными страданиями Мыськина физиономия.
Из всего мини-разговора попечители бездомных постолят уловили только три ключевых слова.
— В твоем новом доме?!.. — глаза деда увеличились в диаметре размеров на пять.
— Какие собаки? Какого отчима?!.. — посоперничать с ними могли только изумленные очи старшей воспитательницы.
Мыська втянула голову в плечи и густо покраснела.
— Мы сейчас все объясним! — поспешно пришел на выручку боевой подруге Кысь.
