- Что ещё можно сделать в такой ситуации? - согласился Ларкин.
Смат тщетно протирал свои манжеты влажным платком.
- Я не думаю, что возникнет паника. Если бы люди хотели сойти с ума, они бы давно уже это сделали.
- Не знаю, - Картер собрал листочки, - я слышал всякое.
- К примеру?
- Идут разговоры про инициативу мэрии, про уличные патрули. Несколько вспыльчивых людей...
- Которые особенно опасны...
- Итак, берете дело в свои руки? Лес, это материал для тебя.
- Уже написал, - сказал Картер.
- Я мог бы догадаться. А почему тогда это до сих пор не опубликовано?
- Я хотел переждать, посмотреть, как будут развиваться события. Ты можешь использовать мой текст в любой момент. Там есть цитаты Хатчета.
- Как он на это реагирует? Наверное, он в ужасе?
- Я бы скорее сказал, что он смирился.
Ларкин заказал всем пива. Когда он вернулся из бара, Смат сказал:
- Собственно говоря, завтра все может измениться. Игра на кубок состоится?
- Я думаю, да.
- Брюс берет на себя репортаж? Я тут подумал, Лес...
- Я и так хотел пойти. Грегори посылает своих людей в толпу. Они придумали предупреждения через громкоговорители и что-то еще. Я хочу навострить уши и послушать, о чем будут говорить в народе. Может быть, таким образом мы узнаем, что думает население о действиях полиции. Об этом тоже можно написать.
- Очень хорошо, Лес. Редакция сегодня вечером будет открыта. Мы подождем до половины двенадцатого, на случай если нашему читателю придет в голову ещё какая-нибудь мерзость. Впрочем, мне это кажется маловероятным. Он сказал - в воскресенье, а мне кажется, что он держит свое слово.
До семи часов воскресного вечера ничего не случилось, и Ларкин пошел к Картерам на ужин.
Когда он пришел, двух младших детей укладывали спать.
- Входите, Джим, - сказал жена Картера, держа на каждой руке по ребенку. - Лесли с двумя другими в комнате. Я приду, как только справлюсь с этой парочкой.
Картер лежал в кресле, положив ноги на скамеечку. Казалось, он почти заснул. На столе разворачивалась невообразимо сложная игра с доской и фишками. Ларкин сразу привлекли к делу.
- Джим, не позволяйте им себя насиловать.
- По сравнению с работой репортера это просто отдых, Ларкин улыбнулся курносой девятилетней Джейн. Питер, двумя годами младше, играл с немой сосредоточенностью, как отец. Согретая электрическим отоплением комната заставила Ларкина взопреть.
Потом пришла мать с двумя малышами в пижамах.
- Скажите папе "спокойной ночи".
- Спокойной ночи, папочка.
- И дяде Джиму тоже.
- Спокойной ночи, дядя Джим.
- Сколько лет этим милашкам?
Картер в раздумьи прищурил глаза.
- Я все время забываю. Минуточку, Морин шесть, Дэвиду четыре. Она неплановый ребенок, да и он - плод нашей легкомысленности.
- Тяжело приходится вашей жене.
- Элисон здорово справляется.
- Ты выиграл, дядя Джим.
Элисон вернулась и объявила:
- Уже половина, вы оба, у вас ни секунды больше. И берегитесь, если попытаетесь сплутовать!
- Но он выигрывает, - надулась Джейн.
Ларкин выиграл. Он дал обоим по монетке, чтобы им не было обидно. Питер серьезно поблагодарил его и отправился спать. Джейн, лучезарно улыбаясь, спросила:
- Ты тоже пишешь про убийства, дядя Джим?
- Только иногда. Это я оставляю твоему папе.
- Ты когда-нибудь видел труп?
Он помолчал.
- Один раз.
- Мужчины или женщины? Как он выглядел?
- Хватит, Джейн. Ложись спать.
Она тут же надулась, но все же радостно ему подмигнула. Картер разливал "шерри". Ларкин наслаждался уютным креслом и теплом обогревателя.
- Повезло, - Картер бессильно осел в кресло. - Неплохой: мягкий и не очень сухой. А мы не торопимся. Ей нужно ещё пару часов. Как вам первые две недели у нас, Джим?
- По меньшей мере головокружительны.
- Кто мог предполагать, что вы появитесь здесь как раз к сенсации года?
- При этом все меня уверяли, что здесь ничего не происходит.
- Это тоже правда. До этого не происходило.
- Тогда я, наверное, стал чем-то вроде катализатора. А как прошла игра на кубок? Захватывающе?
Картер покачал головой.
- На середине игры передали предупреждение, что женщинам не стоит идти домой одним. Одетые в штатское люди Грегори незаметно смешались с толпой, настолько незаметно, что их заметил бы даже слепой. Не было ничего такого, с чем бы Брюс не справился в одиночку.
- Никаких массовых психозов?
- Я ничего такого не заметил.
- А игра? Кто победил?
Картер открыл глаза.
- Не имею понятия. Честно говоря, я ушел в перерыве. Футбол нагоняет на меня сон.
Элисон просунула голову в дверь:
- Мне жаль мешать вам, но прошу к столу.
За ужином Ларкин много говорил. Только когда Элисон встала, чтобы убрать тарелки, он заметил, что говорил почти исключительно о себе, и смущенно извинился. Картер, который молча улыбался, его слушая, остановил его:
- Дорогой Джим, вы прекрасно держались. Большинство людей выговаривается за первые три минуты. Потом Элисон пытается их разговорить.
- Но я вовсе не собирался докучать вам моей биографией.
- Автобиографии всегда интересны, - Картер спокойно смотрел ему в глаза. - Они позволяют увидеть человека в новом свете. Элисон очень этим интересуется. В этом доме журналистом стал не тот.
