Маша давится каким-то неудавшимся ответом, а Светлана проглатывает возражение. Уверена, она знала, что я не няня. Просто мой внешний вид совершенно не вписывается в концепцию съемки. Хотя дело даже не в этом. Анастасия Ташковская — никому не известная серая мышь. А вот Максим Лобанов — популярный бизнесмен. Человек, который может превратить в деньги все, к чему прикасается. Расчет очевиден: фотографии детей Максима Лобанова представляют какую-то ценность, а вот фотографии детей с Максимом Лобановым увеличивают ее в несколько раз. От этого осознания становится противно. Зря я согласилась. Мир бизнеса с его грязью и расчетливостью далек от моей тихой скромной жизни. Не стоило впутывать малышей во взрослые игры.
— Насть? — снова говорит Максим, подходя ко мне. — Все нормально?
Молчу. Лобанов протягивает ко мне руку и легонько обнимает. Становится теплее. Какой контраст: ледяные взгляды, белые холодные стены и теплый, близкий Максим. Хочется убеждать себя, что он не такой, как они. Но это самообман.
Мальчишки подбегают за ним. Теперь они «обнимают» меня втроем. Это настолько странно и… так приятно, что совершенно путаюсь в чувствах. От отрицания и страха до глупой радости этого момента.
— Хочешь, уйдем?
— Нет, надо выполнить обещание. Я подожду вас.
— Эй, — наклоняется к моему лицу. Близко. Почти касаясь губами моего уха. — Я не стану фотографироваться без тебя. Да и дети хотят быть с мамой. Видишь? Мы все вместе просим: пожалуйста, укрась нашу фотосессию своими длинными ногами.
Прыскаю. Лобанов, как всегда, умеет поднять настроение.
— Ладно.
— Мы готовы. Но только все вчетвером, — объявляет Макс и, не выпуская меня из объятий, ведет к декорациям. Рита смотрит на Светлану, но та лишь молча кивает.
Что дальше?
Первые кадры выходят сдержанными. Не могу расслабиться, но Макс каким-то чудом отвлекает и меня и детей. Держит за руку, шепчет на ухо приятные слова, подбадривает… В итоге фотограф делает нам столько комплиментов, что почти верю в нашу идеальную семью. Такую, о которой я так мечтала.
— Так, а теперь мама и папа посидят в кресле, а мальчишки побудут в роли кавалеров. Это недолго. Несколько снимков и отпущу.
Рита меняет локацию на картонные модели мини-города. К мальчикам присоединяются две одинаковые малышки в стильных платьях. Меняем рубашки на майки, а башмачки на розовые кеды. Это так забавно выглядит, что украдкой сама фотографирую детей.
Удивительно, но мои золотые мальчики ни разу не устроили скандал. С мужеством вытерпели почти полтора часа съемок! Фантастика какая-то!
— Устала?
— Я нет, а вот мальчишки утомились, — смотрю на зевающего Михаила.
— Думаю, нас скоро отпустят.
— Замечательно справились, — к нам подходит Светлана. — Сейчас будет детская анимация, всех приглашаем. Максим, Борис не смог приехать, просил сказать, что позвонит завтра и передал кое-что, — протягивает фирменный пакет.
— А что случилось?
— Дела. Он у нас вечно занят.
— Ясно. Тогда мы поедем. Дети с непривычки устали.
— Да, конечно, понимаю. Анастасия, а это вам, — вручает второй пакет. Удивленно поднимаю глаза и встречаюсь со строгим взглядом Светланы.
— Благодарю.
— Вам спасибо за то, что поучаствовали, — отвечает она, но не мне, а Максу. — Фотографии будут готовы через пару недель. Лучшее мы отберем для каталога, а остальное пришлем вам для личного пользования.
— Будем ждать, — сухо кивает и, подхватив близнецов, взглядом указывает мне на выход.
— Всего доброго.
— До свидания, — бросаю фотографу и спешу за Лобановым.
— Домой? Или, может быть, отметим дебют в каком-нибудь семейном ресторане?
Смотрю на Макса и понимаю, что жутко проголодалась.
— Я не против, но вот дети… Да и куда с такими малышами пойдешь? Мы не слишком часто ходим по ресторанам, даже не представляю, чем их можно накормить, — смущенно отвожу взгляд. Честно говоря, вообще никогда не водила детей в такие места. Работа в баре для мужчин надолго привила у меня отвращение к заведениям любого типа. А отсутствие лишних денег лишь подкрепляло мою неприязнь. Но детское кафе конечно же не стоит сравнивать с баром.
— Малышня? — Макс привлекает внимание детей. — Хотите няням?
— Ям… Мям! — повторяет Пашка. Миша просто смеется, протягивая руки к подлокотнику машины. Ему нравится нажимать на светящиеся кнопки в салоне, особенно когда он обнаруживает, что, если долго водить пальцем по сенсорной панели, потолок над головой становится прозрачным и видно небо.
— Сейчас проконсультируюсь у друга, — набирает чей-то номер, поглядывая на нас. — Алло, Рос, привет. Помнишь, ты говорил про место, где твои Ватрушки любят есть суп. А, понял. Спасибо. Давай, пока.
— Ростислав Сафин? — догадываюсь.
— Да. Помнишь его?
— Помню. Смешной такой.
— Чем это?
— Любит в истории вляпываться. Про него легенды ходили, когда я у вас работала. Говорили, что он мог на спор голышом по улице пройти. Или тараканов съесть на слабо. Ой… Прости…
