Всхлипнула, пытаясь сдвинуться с места, но тщетно. Стальные балки прижали к решетчатому, холодному полу намертво. Кроме того, на мою беду или же напротив — на счастье, в двух дюнах*( метрах) от меня полыхнуло высокое, ярко-синее пламя. Тем самым укрыло моё местонахождение от двух двуногих существ, заметно отличающиеся от местных своими защитными костюмами, что хорошо скрывали их облик. Неизвестные быстро приближались к эпицентру образовавшегося хаоса.
— Жива? — слуха коснулся скрипучий и неприятный голос переводчика, сквозь рев огня, стоны и крики пострадавших, просящих о помощи.
Запоздало включилась сирена, ударив по ушным раковинам, добавив к звону ещё и тонкий свист, который заглушал другие звуки, но всё равно слышала тех двоих, склонившихся над телом матери.
Свет погас. По всему периметру потолочных перекрытий, зажглись маленькие, но ярко — красные точки, которые с определённой периодичностью начали мигать. Зажмурилась. Моим глазам различающим все оттенки вселенной — вспыхивающие алые пятна, приносили очень неприятные ощущения.
— А, что с ней станется? — ответил другой, не менее противный. — Вон, регенерация идёт полным ходом. Скоро очухается. Двойную дозу ей введи, иначе нам с тобой не поздоровится…
Послышалась возня и стон моей матери.
— Коли быстрее, чего тянешь? — испуганный крик одного из них. После чего они вдвоем выдохнули: — Наплодят невесть что, а мы гоняйся за этими тварями…
— Эта была последняя…
— И самая сильная… Одиннадцать витков*(лет) угробили на её поиски.
— Откуда знаешь?
— Дело её смотрел. Ладно всё… Где твой погрузчик?
— Скоро будет.
Едва различимый шум двигателей, звук выдвигающейся подложки и кряхтение этих двоих. Слезы бессилия покатились по моим щекам. Что могла сделать десятивитковая (десятилетняя) девочка, физическое состояние которой тянуло всего на пять витков…
— Мама, мам… — всхлип и беззвучные рыдания…
* * *
— Мама… — ком стоял в горле, слезы душили. Судорожные движения легких, что не могут получить глоток кислорода…
— Нель, проснись Нель! — вибрирующий голос Бурса выдернул моё сознание из этого кошмара.
Резко села и впечаталась лбом в лоб своего маленького помощника. Открыв рот, хватала воздух, которого не хватало несколько сейдов* (секунд) назад. Глаза застилала мутная пелена слез.
— Ты опять забыла лекарство принять⁈ — потирая голову, проворчал Бурсок.
Спрыгнул с койки и потопал на кухню и уже оттуда:
— Иди завтракать… У тебя скоро вылет…
— Что бы я без тебя делала… — тихо пробурчала себе под нос, вытирая глаза и судорожно вдыхая воздух наполненный озоном.
— Что-что… Пропала бы! Совсем не заботишься о своём здоровье, — донеслось из «примпит» ячейки
М-да… Постоянно забываю, что слух у представителей расы водных трелистников — отменный, даже в те периоды, когда он находится в своём скафандре, наполненным жидкостью. Вот и сейчас послышалось шипение вывода кислорода, щелчок блокировки шлема и заполнение жидкой субстанцией его гидрокостюма.
