Эти настроения разделяли и в правительстве США. Уже после первого послевоенного совещания министров иностранных дел СССР, США и Великобритании (декабрь 1945 г.), на котором возникшие разногласия были преодолены на основе взаимоприемлемых решений, Трумэн направил специальный меморандум государственному секретарю Бирнсу, в котором говорилось, что не следует «идти в дальнейшем на компромиссы». В своих мемуарах Трумэн назвал этот меморандум «началом новой линии» в политике США в отношении СССР. Трумэн пояснял: «Я был уверен, что Россия гораздо лучше поймет жесткий и решительный язык, чем дипломатические любезности».
Весной 1946 года в своих инструктивных выступлениях перед американскими дипломатами Джеймс Бирнс говорил о необходимости взять «жесткий курс» в отношении СССР. О том, что это такое, стало ясно в ходе Парижской сессии Совета министров иностранных дел СССР, США, Франции и Англии (15 июня—12 июля 1946 года). Делегации западных стран стремились ввести принципы «равных возможностей» и «свободной торговли», отвечавшие интересам крупных американских компаний, в тексты разрабатывавшихся мирных договоров с бывшими союзниками гитлеровской Германии. Несогласие советской делегации с этими предложениями выдавалось в западной пропаганде как свидетельство склонности СССР к диктату.
СССР обвинялся в разжигании международных конфликтов. Д. Йерджин писал, что военный министр США Паттерсон и его подчиненные постоянно утверждали, что русские «ожидают и даже хотят войны», что «Советский Союз ответственен за большинство неурядиц, игнорируя, таким образом, внутренние перевороты во многих странах мира, всеобщие экономические беспорядки, крушение колониальных империй и растущие волны национализма по всему миру».
Суммируя взгляды военных и дипломатических руководителей США после проведенного опроса, помощники Трумэна К. Клиффорд и Д. Элси пришли к выводу о необходимости проводить в отношении СССР «политику с позиции силы». В составленном ими меморандуме говорилось, что война против СССР будет вестись с целью его «сокрушения» и «будет тотальной в гораздо более страшном смысле, чем любая прежняя война», с применением самых современных орудий массового поражения. В меморандуме говорилось: «Советский Союз трудно одолеть, ибо его промышленность и естественные ресурсы широко рассредоточены. Однако он уязвим для атомного, бактериологического оружия и дальних бомбардировщиков. Следовательно… США должны быть готовы вести атомную и бактериологическую войну», заниматься «постоянной разработкой как наступательных, так и оборонительных вооружений».
В меморандуме говорилось: «Надо указать Советскому правительству, что мы располагаем достаточной мощью не только для отражения нападения, но и для быстрого сокрушения СССР в войне». Авторы меморандума призывали правительство США вести «медленно и осторожно» любые переговоры с СССР об ограничении вооружений.
Новой попыткой запугивания СССР стали испытания атомного оружия на атолле Бикини 1 и 25 июля 1946 года. А 14 июля в ООН был представлен план контроля над атомной энергией, составленный Бернардом Барухом. План предусматривал создание специального международного органа, который бы осуществлял контроль над всеми источниками сырья, предприятиями по производству атомной энергии, разведке запасов уранового сырья, проведение работ в области атома, инспектирование любых стран, районов и заводов, определение применения санкций против возможных нарушителей. Такому органу США были готовы предоставить контроль и над своей атомной промышленностью. Этот орган был бы поставлен вне контроля Совета безопасности, и поэтому в нем бы господствовало проамериканское большинство, которое к этому времени сложилось в ООН. На заседании комиссии по атомной энергии ООН советской делегации фактически предъявили ультиматум: либо СССР принимает план Баруха, либо переговоры о запрещении атомного оружия и разоружении прекращаются, а СССР будет обвинен в срыве соглашений по этим вопросам.
Обострение международной напряженности в 1946 году в связи с нарушением воздушного югославского пространства американским самолетом свидетельствовало о том, как зыбка граница между послевоенным миром и новой войной. В ответ на сообщение о том, что югославская противовоздушная оборона сбила американский самолет, оказавшийся на территории Югославии, Трумэн приказал усилить военно-воздушные, военно-морские и сухопутные наземные силы в районе Триеста.
