Выбор пал на Уильяма Скрэнтона. Сознавая всю безнадежность этой запоздалой попытки преградить дорогу Голдуотеру, Скрэнтон дал согласие крайне неохотно. До съезда оставалось всего пять недель. В начале июня 1964 г. Голдуотер уже располагал голосами 532 делегатов (из 655), необходимыми для выдвижения кандидата на съезде. Скрэнтону же предстояло сколачивать блок делегатов чуть ли не на «пустом» месте. «Творцы президентов» возлагали большую надежду на Дуайта Эйзенхауэра. Бывший президент все еще занимал положение лидера партии. Если бы удалось склонить его к выступлению на стороне Скрэнтона и к недвусмысленному осуждению кандидатуры Голдуотера, то шансы кандидата умеренного крыла партии значительно увеличились бы.
6 июня 1964 г. Скрэнтон встретился с Эйзенхауэром в Гетисбергском поместье последнего. Во время беседы Эйзенхауэр посоветовал губернатору не отказываться от выдвижения своей кандидатуры. У Скрэнтона осталось впечатление, что Эйзенхауэр публично одобрит его кандидатуру. Может быть, так оно и случилось бы, если бы не вмешался Джордж Хэмфри. Он был закадычным другом Эйзенхауэра и в то же время ревностным сторонником Голдуотера. Узнав о визите Скрэнтона в Гетнсберг, Хэмфри тотчас же вызвал генерала по телефону и уговорил его сохранять нейтралитет в деле выдвижения кандидатов. Несколько часов спустя в беседе по телефону Эйзенхауэр сказал Скрэнтону, что не желает быть вовлеченным в «заговор» против Голдуотера и что было бы лучше, если бы и Скрэнтон воздержался от этого. «Я вот думаю, — тут же добавил бывший президент, — уж не начинает ли появляться у меня своего рода старческое слабоумие, если я отказываюсь поддержать Вас или кого-нибудь другого»[672]. Получив совет Эйзенхауэра, Скрэнтон снова заколебался. Официальное заявление о выдвижении своей кандидатуры «пенсильванский Гамлет»[673], как стала называть Скрэнтона американская пресса, сделал лишь 12 июня 1964 г.
В этой последней фазе большой политической игры впервые за многие послевоенные годы объединили усилия Рокфеллеры и Морганы. Нельсон Рокфеллер поставил на службу Скрэнтона всю свою политическую машину и голоса завербованных им делегатов. Томас Гэйтс возглавил организацию по сбору денег в избирательный фонд Скрэнтона. То самое здание в Нью-Йорке, в котором с января 1964 г. размещалась штаб-квартира организации «Рокфеллер — в президенты», теперь в одно мгновение превратилось в штаб-квартиру организации «Скрэнтон — в президенты» с сохранением всего штата специалистов, нанятых Нельсоном[674]. Были предприняты отчаянные усилия отвоевать у Голдуотера голоса завербованных им делегатов. Н. Рокфеллер лично уговаривал этих делегатов перейти на сторону Скрэнтона.
Лидеры многих местных организаций республиканской партии, когда к ним обращались с просьбой повлиять на делегатов в пользу Скрэнтона, отвечали, что если бы такие же концентрированные усилия по вербовке делегатов на сторону пенсильванского губернатора были предприняты хотя бы на шесть месяцев раньше, то они, вполне вероятно, увенчались бы успехом; теперь же, говорили эти лидеры, слишком поздно.
На съезде в Сан-Франциско 15 июля 1964 г. Гол-дуотер при первом же голосовании получил большинство голосов[675] и стал официальным кандидатом республиканской партии.
