Жаль только, что всё это никак не помогало мне в нынешней ситуации. Я чувствовал скалу, чувствовал породу, замороженную Сикорским. Мог укрепить её, сливая в единый монолит, но не мог найти причину, от чего грунты вообще поплыли. По всему выходило, что камень вдруг размягчился, превратившись в плывун, но такого просто не могло быть!!! И не надо мне тыкать пальцем, дескать, того, что ты делаешь, тоже быть не может. Я энергет и этим всё сказано. Я меняю реальность под себя. А здесь нет признаков прорыва, что могло бы объяснить подобное искажение, но при этом скальная порода реально превращалась в сыпучую, словно её что-то размягчало специально.
Я пытался установить эпицентр разрушения, но у меня ничего не получалось. По всему выходило, что очаги возникают хаотично. И даже промороженная насквозь порода постепенно начинает поддаваться. Я прямо видел, как участок, где я только что замонолитил колонну со скалой вновь начинает течь, будто его дробят, словно камень в почках. Это наиболее подходящая аналогия, которую мне удалось найти, но источник этого самого ультразвука так и оставался загадкой.
— Не получается? — Сергей Дмитриевич везде таскался за мной, помогая и подсказывая, но с каждым часом его настроение падало всё ниже в пучину депрессии. — Да ладно, хватит уже. Всё равно из этого нихрена не получится. Я уже смирился.
— А я — нет!!! — я и так работал в сатори, но сейчас, видя отчаянье взрослого мужика и отличного специалиста, нырнул ещё глубже, с трудом удерживая сознание от полного погружения. Второй поток мышления так и вовсе уже во всю строил модели здания с проработкой возможных вариантов, но даже так я не мог найти причину. Но и сдаваться не собирался. — Не мешай!
Методичный обход с использованием всевозможных сканирующих техник занял почти два часа. Я вымотался в край, с трудом удерживая состояние сатори, но выныривать не собирался. И это принесло свои плоды. Я так и не понял, то ли сработало моделирование, или я всё же зацепил что-то и уже достроил аналитически, но участок скалы возле одной из опор показался мне крайне подозрительным. Что-то там было, но при этом никаким образом не ощущалось. Однако я был уже настолько замотан, что просто решил выдернуть этот кусок наружу и тут посмотреть своими глазами.
Участок был небольшой, где-то метр на метр, но по факту его весь составлял пару тонн минимум. Плюс ещё глубина залегания. Плюс то, что нельзя было взять и просто выдернуть его, от этого бы конструкция пошла ходуном и может быть не рухнула, но точно повредила здание. Короче провозился я достаточно долго, закончив чуть ли не в пять утра. Кроме Сергея Дмитриевича и всё тех же чекистов рядом уже никого не было, так что, когда я в сердцах расколотил этот каменный куб свидетелей не было. И я оказался единственным кто уставился на лопатку какого-то животного, то ли козла, то ли барана, покрытую рунами, от которой исходили странные волны силы.
В энергетическом поле этот кусок кости выглядел как обычный камень. Даже сканирование не открывало его истинную природу. Зато сразу стало видно, что с извлечением артефакта, а ничем другим эта хрень быть не могла, остановились процессы разрушения. То есть я таки докопался до причины, только вот это меня совсем не радовало.
— Диверсия, — я сжал в руке кусок ни в чём не повинной кости, но заставил себя расслабиться и повернулся к сотрудникам, напряжённо следившим за моими действиями. — Значит так! Вот это доставить товарищу Сикорскому лично в руки! Спит он, ест или гадит, мне плевать! Головой отвечаете! Это понятно⁈
— Так точно! — вот в чём, чём, а в сообразительности нашим чекистам отказать было нельзя. У них даже сумка нашлась. — Фуникулёры запустят только через четыре часа. Мы вызвали вертолёт. Товарищи уже в курсе, нас встретят.
— Ну и отлично. — я устало кивнул и повернулся к инженеру, глядящему на меня словно на второе пришествие. — Ну что, Сергей Дмитриевич, давайте ещё раз пройдёмся, залатаем дыры и это… у вас здесь есть место где можно пожрать? А то стейк что я съел вечером уже разошёлся, и я бы слоновью ногу заточил, может даже в сыром виде. К тому же нам есть что отметить. Прыжок со скалы отменяется. Мы снова в деле и это будет лучшая олимпиада в истории. Я вам гарантирую!
Глава 3
— Доброе утро, Семён. — Татьяна Игоревна заметила меня, стоило появиться в зоне кафетерия. — Присоединяйся к нам, сейчас тебе завтрак принесут.
— Утро доброе. Благодарю. — Я кивнул всем разом, и уселся на единственный свободный стул, который, подозреваю, меня и поджидал. — Как успехи?
— Нашли закладки под всеми проблемными объектами, — Игорь Игоревич даже не подумал оторваться от гречки с тушёнкой, которую метал в себя. — имея образец сигнатуры это оказалось несложно. Хорошая работа, верти отверстие под орден.
— Так я не за награды, — я кивком поблагодарил женщину, принёсшую мне разнос с большой чашкой всё той же гречи с тушёнкой, стаканом чая и парой кусков хлеба. — А чего мы словно в армии? Или это такой концепт?
