А еще Василь Сергеич Васю не зря дедом называл. Оказывается, дед Василь Сергеича на войне с немцами погиб. А сын остался, вырос, женился. И родился Василь Сергеич. А теперь вся страна в будущее перенеслась, и войны не будет, потому что немцы воюют с Советским Союзом из двадцать первого века, или вообще с динозаврами! А раз войны не будет, то и дед Василь Сергеича не погибнет. А это Вася и есть. Но и это еще не всё! Оказывается вместе с Василь Сергеичем приехал и Венькин внук! Правда, в Харьков приехать не смог. Сейчас каждый на своем месте нужен. Венька долго не мог понять, как это может быть: ни жены, ни сына еще нет, а внук уже есть. Зато мама всё расспрашивала про правнука: и какой он, и где, и чем занимается… И плакала. Странные эти женщины. Что плакать, если войны не будет, сержант Вася не погибнет, Аврика не ранят, немцы в Харьков не придут, да еще новый родственник появился? И человек он хороший. А потом Василь Сергеич Веньке свою машину показал! Зверь — машина! Такой ни у кого нет. Даже в горкоме! Здоровая, как грузовик, блестящая, скругленная будто самолет. Если по хорошей дороге, больше ста километров в час ехать может! Венька хотел глянуть, как устроена, но постеснялся спросить. Сложно, наверное, своими руками не соберешь. Но это пока. А в будущем еще посмотрим!..
Засыпал Венька долго. Слишком длинный выдался день. Работа, собрание с награждением, велосипед новый, драка, Аврик с друзьями, машина… И только когда почти уснул, вспомнил: у него же сегодня день рождения! Все забыли! Даже мама! И ничего страшного. Только лучше получилось!..
И. В. Сталин, секретарь ЦК ВКП (б), Председатель СНК СССР
Он пару раз затянулся, пуская горьковатый дым уголком рта. И, положив папиросу в пепельницу, горько усмехнулся в усы, вспомнив, как описывал Рауль Кастро предательские действия его преемников. Ну и что, что это произошло почти через сорок лет после его смерти. Его ошибка, он не смог справиться с этой гидрой. Люди, шени деда, которые исподволь, капля за каплей подточили, пропили и просрали все, на что он положил всю жизнь! Ничего лучшего не придумали, как вернуться к дореволюционному порядку, сидеть на шее у народа и распродавать Родину оптом и в розницу. Но ошибка его, тут никуда не денешься. Как всегда, признание в собственных ошибках вызвало откуда-то из глубин души холодную, почти неконтролируемую ярость. Усилием воли подавив ее, он несколько мгновений просто смотрел на экран вычислителя. Меняющиеся цифры секунд действовали успокаивающе, заставляли переключиться на конструктивные размышления.
