Такое положение было везде – в науке, образовании, кино, журналистике. Если в центральной прессе «интернационализм » еще так-сяк поддерживался за счет принятия евреями русских псевдонимов, то, скажем, в малоизвестной англоязычной «Moscow News» редакция состояла из 1 русского, 1 армянина и 23 евреев. Терпеть этот разгул еврейского расизма было немыслимо, это было бы оскорблением всех остальных народов СССР. И в то время борьбу с еврейским расизмом возглавил А.С. Щербаков. Действительно, вспомнил Маленков, к концу войны Щербаков начал жаловаться на боли в сердце, его положили в больницу, но 9 мая лечащие врачи вдруг отменили ему постельный режим, он поехал в Москву смотреть салют и на следующий день после Победы – 10 мая 1945 г. – умер. Любить его еврейским расистам было не за что, следовательно, у них и был мотив убить Щербакова.
Маленков вернул мысли к разговору с Рюминым и спросил его:
– Есть еще что-нибудь?
– Вы про организацию молодых евреев «СДР» какое сообщение от Абакумова получили?
Маленков вопросительно посмотрел на Суханова.
– Что это группа малолетних бездельников-антисоветчиков, и только, – напомнил помощник.
– Ага! А то, что эти студенты-евреи оружие запасали, чтобы убить товарища Маленкова, вы не знаете?
Маленков искренне удивился.
– Меня? Почему меня? .
– А они вас считают главным антисемитом.
Маленков недоуменно покачал головой.
– Что еще?
– У Абакумова штук сто любовниц, и все еврейки.
– Ты что – им свечку держал? – разозлился Маленков.
– Ну, так все говорят, – смутился Рюмин.
– Все говорят! – Маленков хмуро передразнил Рюмина.- Факты нужны, а не сплетни! – кивнул Суханову.- Дайте ему бумагу и пусть все подробно напишет… Про любовниц – не надо!
4 июля 1951 года Маленков обсудил сообщение Рюмина на очередном заседании Политбюро.
– А вот срочный и очень тревожный вопрос об Абакумове, – сказал он, дойдя в повестке дня до Абакумова. – Вы ознакомлены с заявлением товарища Рюмина…
– Это что же получается – Абакумов как-то убил Этингера, чтобы не дать тому рассказать об убийстве Щербакова? – с сомнением уточнил Молотов.
– Что-то не верится в еврейский заговор. Мы помогли провозглашению Израиля, мы помогаем ему сейчас… Почему евреи? Тому же Израилю нет смысла как-то вредить нам, – поддержал сомнения Молотова Сталин.
Но сам Молотов тут же оспорил довод вождя:
– Сионисты стремятся вызвать недовольство евреев в любой стране, а на базе этого недовольства их объединить, и этим создать во всех странах свои «пятые колонны». Они работают с перспективой – сегодня мы им нужны, а завтра их «пятая колонна» сунет нам нож в спину.
– Товарищ Сталин, – усилил доводы Маленков. – Вот само МГБ в сообщении от 4 июля 1950 года докладывает:
«По имеющимся в МГБ СССР данным, в результате нарушения большевистского принципа подбора кадров в клинике лечебного питания Академии медицинских наук СССР создалась обстановка семейственности и групповщины. По этой причине из 43 должностей руководящих и научных работников клиники 36 занимают лица еврейской национальности, на излечение в клинику попадают, главным образом, евреи.
Заместитель директора института питания БЕЛКОВ А.С. по этому вопросу заявил: «Поближе ознакомившись с аппаратом клиники, я увидел, что 75-80 % научных работников составляют лица еврейской национальности. В клинике при заполнении истории болезни исключались графы «национальность » и «партийность». Я предложил заместителю директора клиники БЕЛИКОВУ включить эти графы, так как они нужны для статистики. Они были включены, но через пять дней Певзнером снова были аннулированы.
По существующему положению в клинику лечебного питания больные должны поступать по путевкам Министерства здравоохранения СССР и некоторых поликлиник Москвы, а также по тематике института лечебного питания Академии медицинских наук СССР. В действительности в клинику поступают в большинстве своем лица еврейской национальности по тематике института питания, то есть с разрешения директора института Певзнера и заведующего приемным покоем Бременера. Старшая медицинская сестра клиники ГЛАДКЕВИЧ Е.А., ведающая регистрацией больных, заявила: «Характерно отметить, что большинство лечащихся в клинике больных – это евреи. Как правило, они помещаются на лечение с документами за подписью Певзнера, Гордона или Бременера».
Что же получается? Советский народ построил эту клинику для всех, а пользуются ею одни евреи?
