Ланс покрутил в руках кружку, а потом достал из ящика ложечку, чтобы выловить разбухшие ягоды облепихи: – Вообще, ни разу. Рий весьма разумный и сообразительный сам по себе. Если бы он почувствовал исходящую от меня угрозу по отношению к тебе, то не сомневаюсь, что вместо того, чтобы принести тебе туфли, вцепился бы в моё горло и рвал его до тех пор, пока кто-то из нас двоих не испустил свой последний вздох. На будущее запомни, Риона: воздействовать на животных магически крайне не рекомендуется. Разве что в краткосрочном моменте, когда речь идёт о спасении чьей-нибудь жизни, после чего напавшего зверя убивают. Дело в том, что полностью подчинить себе живое животное с помощью магии невозможно, иначе в нём начинает накапливаться агрессия вследствие подавления свободной воли, а потом попросту произойдёт срыв, но предугадать, в когда именно это произойдёт – невозможно, а потому опасно. Поэтому негативно настроенных к себе магов животные стараются избегать.
А вот тут было над чем призадуматься.
– Риона? Я что-то не то сказал?
Я в ответ покачала головой. – Рий, а также другие волки всегда избегают деревенских, но если нападают, то только всей стаей и уничтожают. Меня ведь потому и вынуждали избавиться от него, чтобы стаю не привёл в деревню, но потом всё-таки успокоились, решив, что лесные за домашним смеском никогда не потянутся. Вот я и подумала: раз не владею магией и не умею распознавать тех, кто ей способен управлять, может, деревенские тоже какие-нибудь колдуны? Рий же их всегда избегает, когда те оказываются рядом.
– Сомневаюсь. Будь это так, я бы точно почувствовал, ведь тот самый Григ, что тебе сегодня прохода не давал – сын старосты. Однако никаких магических эманаций от него не было.
– А при чём тут староста? Вернее, тот факт, что Григ – его сын.
– Обычно во главе деревни, в которой обитает более одного мага, выбирают тех, кто сильнее из них, а вероятность рождения отпрыска, в котором нет даже капли дара, крайне мала. Да и не стал бы кичиться Григ своим отцом, если бы попал в этот мизерный процент. Где бы я ни бывал до этого, рождение у мага ребёнка без дара – позор. Убить, конечно, не убили бы после появления на свет, но выпендриваться попросту не позволили, чтобы род ещё сильнее не опозорил своими выходками. Так что твои подозрения насчёт деревенских безосновательны. Потом попробую на всякий случай проверить, но сомневаюсь, что смогу уловить достаточный уровень магии, способной нести угрозу как Рию, так и чистокровным волкам. Тем более тебя не стали бы обвинять ведьмой и пытаться уничтожить, а разу распознали, что дара нет совсем. Будь он у тебя – тоже, просто сделали бы женой какого-нибудь подходящего мага.
– Жуть какая. Даже не знаю, что хуже: постоянно отбиваться от бессмысленных обвинений в преступлениях, которые не совершала, или выйти замуж за кого-нибудь из деревенских.
Ланс с интересом посмотрел на меня: – А что так? Разве не хочется променять одиночество на семью: мужа, детей?
Я вздрогнула, причём так сильно, что демон рассмеялся, едва не смахнув случайно кружку со стола: – Хороший ответ, а главное – ёмкий!
– Зря смеёшься. У меня нет ни малейшего желания связывать свою жизнь с кем-то из веройсовцев. Я хочу семью, по крайней мере, детей точно, но посвящать каждый день бесконечным хлопотам по хозяйству, обслуживанию прихотей мужа, при этом успевать лечить тех, на кого он укажет, а после будет забирать все заработанные мною деньги – ни за что! Тем более что хозяйка из меня отвратительная. И характер тоже.
– Нормальный у тебя характер, просто ты почему-то не хочешь вылезти из того образа, в котором тебя все видят и к которому привыкла. Но это дело поправимое. Насчёт хозяйки... Тоже поспорю: заготовки у тебя что надо! Давненько таких хрустящих маринованных огурчиков не ел. Рассол помидорный вообще что-то с чем-то!
– Эээ... В погребе вообще хоть что-то осталось после твоих набегов или мне стоит начать уже мариновать кору с деревьев, чтобы дотянуть до лета?
– Так я же чуть-чуть! Ладно, хозяйка никудышная, тебе сперва показать, как плита работает или насос?
– Всё! – воскликнула я так громко, ещё и подскочила на месте, едва не свалившись со стула.
– Сперва туфли натяни, жадная до знаний и припасов! – хохотнул Ланс, убирая опустевшие тарелки со стола. – Для начала запомни одну простую, но важную вещь: любой вмонтированный бытовой артефакт активируется одновременным нажатием в двух местах. Обычно расстояние равно разведённым не до конца большим и указательным пальцами одной руки, если предмет, в который он установлен, имеет углы. С круглыми или овальными добавляется вероятность противоположного расположения мест нажатий.
Я подошла к плите, про которую говорил Ланс и начала тыкать в её стенки так, как он сказал, но ничего не вышло.
– Почти. Большой палец оставь на месте, а указательный заведи за угол.