Это умозаключение стало для Вербицкого последним. Он услышал за спиной шорох, но обернуться не успел. Удар в затылок. Вспышка боли. Острые, впившиеся в колени, камешки. Марат уперся ладонями в пол. Попытался оттолкнуться и встать. Однако новый удар, на этот раз в подбородок, швырнул его на спину. Прежде чем мир был остатка съеден темнотой, Вербицкий успел рассмотреть над собой пылающие глаза головача.
Потом он несколько раз вываливался из беспамятства и вновь погружался в него. Видел потолок склада. Серый, в пятнах сырости. Странное дело – потолок двигался. Вербицкий убедился в этом, запомнив одно из пятен. Оно напоминало верблюда. С тремя горбами и двумя ногами. Пятно было слишком приметным. Если бы оно появилось второй раз, стало бы ясно, что движение потолка – иллюзия, галлюцинация, следствие удара по затылку. Но верблюд-мутант больше не появлялся. Пятна не повторялись. С другой стороны потолок тоже двигаться не мог. Значит, двигался сам Марат. Его куда-то тащили. Не успел Вербицкий сделать это открытие, как больно ударился многострадальным затылком о какой-то выступ на полу. Опять отключка.
Следующий проблеск сознания наступил из-за того вспышки боли в спине. Под лопатку впилось что-то острое. Марат охнул, попытался приподняться. Получилось не с первой попытки, а когда все-таки удалось немного ослабить давление на спину, сработал закон всемирного тяготения. Вербицкий вновь упал на колючее ложе. На этот раз в спину вонзились сразу несколько шипов. Это подействовало, как холодный душ.
Не дергаться. Потерпеть, осмотреться и понять, что все-таки происходит. Полумрак. Скудный свет пробивается через дыру потолке. Ага. Он на складе. Теперь немного повернуться набок.
Вербицкий действительно был в одном из помещений склада. Он узнал характерные изгибы перегородок, серые стены. Да и запах. Сырой, с примесью какой-то мерзкой кислинки. Весьма запоминающийся. Головачи утащили его вглубь своего логова и бросили. Точнее оставили про запас. То ли к ужину, то ли к завтраку.
Марат решил, что он набрался достаточно сил, чтобы подняться и, наконец, избавиться от чертовых игл, буравящих кожу спины. Стараясь не шуметь, он медленно сел и посмотрел прямо перед собой. Кость. Явно человеческая. Берцовая. Она была сломана и исполосована глубокими бороздами – следами зубов. Почему-то торчала вертикально. Вербицкий потер глаза. Кость была не одна. Головачи уложили его на целую груду костей разных форм и размеров. Кое-где виднелись обрывки истлевшей ткани, некогда бывшей одеждой людей, съеденных мутантами. Да уж, головачи явно не принадлежали к приверженцам вегетарианства. Жуткая гора упиралась в потолок и спускалась к полу. Пустые глазницы черепов выжидающе смотрели на Марата. Здорово, дружок! Не собираешься ли присоединиться к нам? Ах, не собираешься. А кто, собственно говоря, тебя спрашивает? Решать этот вопрос будут головачи, а уж они позаботятся о том, чтобы твоя черепушка заняла достойное место на нашей знаменитой горе.
Марат тряхнул головой, чтобы избавиться от навязчивых мыслей. Ему надо действовать, а не вести дурацкий диалог с самим собой.
Встать в полный рост Вербицкий не решился. Спускался на четвереньках, то и дело проваливаясь в зазоры между ребрами, позвоночниками и тазами.
Головачи были парнями аккуратными. Насытившись, не разбрасывали кости своих жертв где попало, а складывали их в одном месте.
Добравшись до пола, Марат выпрямился во весь рост. Его слегка штормило, но в целом самочувствие можно было оценить, как удовлетворительное. Оно значительно улучшилось после того, как выяснилось: нож на месте. Тесак тоже. Головачи, видать, не ожидали, что он будет трепыхаться, поэтому даже не удосужились разоружить пленника.
– Ну-ну…
Марат вытащил тесак из ножен и замер, в надежде пытаясь услышать хоть какой-то звук. Прошла минута, другая. Ничего. Может, мутанты были заняты остальными, а его посчитали выведенным из игры?
Вербицкий сделал несколько шагов вглубь склада и тут услышал что-то среднее между рычанием и причмокиванием. Звук исходил из соседнего помещения. Вербицкий пару раз взмахнул тесаком и двинулся вперед лишь после того как убедился – руки действуют.
Он подкрался к бетонной перегородке, выглянул из-за нее. Помещение оказалось тупиковым. Возможно, последним в складе. Пол был не бетонным, а земляным. В дальнем углу, спиной к Вербицкому сидел на корточках головач. Руки его упирались в землю. Второй головач склонился над какой-то темной грудой. Оба монстра порыкивали, очевидно, что-то обсуждая на своем примитивном языке.
И тут Марат увидел сапоги. Новенькие, на шнуровке. Такие же, как у него. Сердце мгновенно превратилось в кусок льда. Предметом обсуждения чудищ была Вера! Головачи беззастенчиво лапали лежащую на земле девушку. Они явно не собирались ее есть. Послышался звук расстегиваемой «молнии». О, черт! Эти твари хотели… Позаботиться о продолжении своего проклятого рода!
