Паренек помялся, сделал вид, что заинтересован рубашкой, висевшей на кусте. Натянув ее на торс, принялся складывать оружие, словно напрочь позабыв про вопрос. Не дождавшись ответа, Кота пожала плечами, – мол, у каждого свои тайны, – и оглянулась на стены замка. Лучи заходящего солнца чуть золотили квадратные зубцы, подчеркивая багровые тени провалов. Из замка до полянки не доносилось ни звука, точно эта стена – старое мертвое дерево, на которое не присядет отдохнуть птица, не заберется в поисках укрытия мелкий зверек.
Кота привыкла к постоянным звукам леса, трелям птах, шуршанию листвы… Здесь, на полянке жизнь играла красками красноватых лучиков заката в сухой траве, со стороны Ори доносилась журчаливая песня, за спиной живой переменчивой громадой стоял лес, будто огромный защитник и ненавязчивый помощник.
– А это еще кто? – с напряжением в голосе спросил Лай. – Судя по чересчур мускулистому телу и холщовым штанам, еще один твой неадекватный братец…
Кота настороженно обернулась и увидела приближающегося Кродоса. Босоногий мужчина, приветливо улыбаясь, спокойно шел по берегу Ори.
– Похоже, мне пора, – понимающе усмехнулась девушка. – Это Кродос. Не пугайся выражения лица – у него шрам. А сам он добрый и дружелюбный!
– Да-да, я помню, – Лай осторожно пощупал багровые следы на шее. – Что-то мне больше не хочется так активно дружить с твоими братьями…
– Я завтра приду, – задумчиво проронила Кота, поглаживая золотистый амулет на шее. – Ведь теперь могу делать все, что захочу! Ну, пока…
И побежала навстречу Кродосу. Поравнявшись с ним, шутливо ткнула в плечо.
– Обязательно меня так пасти? Сам же говорил, что шакти свободна…
– А кто говорит, что я кого-то оберегаю? – Кродос преувеличенно удивленно пожал плечами. – Я тут просто так – прогуливаюсь, любуюсь закатом. Смотрю – ты тоже гуляешь!
– Да-да, – хитро сощурилась Кота. – Почему бы нам не прогуляться вместе…
– До поселения, – невинно поддакнул мужчина и подмигнул, качнув головой: – Ты иди, я догоню.
Девушка кивнула и, оглянувшись, помахала рукой насупившемуся Лаю. Развернувшись, весело пошагала в лес. А Кродос приблизился к пареньку и мягко ухмыльнулся, оглядывая с головы до ног.
– Хотите сказать, что оторвете мне голову, если обижу Коту? – с вызовом спросил Лай, стараясь унять дрожь в непослушных коленях.
– Обидишь ее? – неожиданно расхохотался голубоглазый атлет. – Для этого придется как следует постараться. Даже Врадесу это не всегда удается!
– Это тот, который с седой челкой? – настороженно уточнил паренек.
– Да, – серьезно кивнул Кродос и пристально вгляделся в лицо Лая. – Он сказал, что ты… локки. Но я вижу, что душа твоя чиста. Не тронута ржавчиной жажды власти и могущества. Скорее, ты похож на отступника… пока.
– Пока? – исподлобья глянул на него парень.
– Магия дает ощущение превосходства над другими, – с грустью покачал головой мужчина. – Это сначала тешит самолюбие, далее входишь во вкус… А потом не можешь обходиться. И появляется острая нужда, поиск возможностей увеличить могущество, почувствовать себя выше равных… самым сильным. В душе поселяется постоянная неудовлетворенность, жажда, которую никто не сможет утолить. Она отравляет, лишает возможности жить, радоваться, любить…
С каждым словом Лай чувствовал себя все хуже. Потому что знал, что это правда. И давно испытывал страстное желание развить свои возможности и одновременный страх потерять себя, раствориться в магии.
– Хочу сказать одно, – проникновенно произнес Кродос, склонившись к самому уху, – не вмешивай в это Коту!
Потом заглянул в глаза, – Лая почти физически обожгла яростная вспышка, словно голубая молния, – и стремительно побежал следом за сестрой. Молодой человек зачарованно глядел за движениями невероятно высокого Кродоса. Он никогда не видел, чтобы люди так быстро передвигались. Вздохнув, тяжело закинул на плечо сверток с оружием и медленно двинулся в сторону замка.
Догнав Коту, мужчина весело расхохотался.
– Когда Врадес сказал, что ты нашла хахаля-локки, я подумал, что он еще после самогонки селянской не отошел!
– И что теперь? – мрачно глянула она. – Запретите мне с ним дружить, потому что он маг?
– Зачем тебе что-то запрещать? – недоуменно пожал плечами Кродос, – Во-первых, это бесполезно – я же знаю тебя! А во-вторых, – мужчина лукаво покосился на сестру, – надо же тебе на ком-то тренироваться…
Кота кивнула и подумала, что на следующее занятие нужно взять свои мечи и показать юнцу, что его железки – старый ненужный хлам!
– …быть женщиной, – невинно закончил брат и, оставив Коту стоять с непонимающим видом, быстро пошагал вперед.
В поселении ощутимо пахло похлебкой с грибами. Сглотнув обильную слюну, Кота вспомнила, что в последний раз ела на городском празднике… если можно назвать едой приторно сладкую непонятную массу, которой так настойчиво потчевали братья. Чилва хлопотала возле костра, помешивая длинной деревянной ложкой в котелке ароматное варево.
