Стакан воды полностью

Зоя. Как тут не впасть в отчаяние!.. Неудача, несправедливость ожесточили его… Ты еще не знаешь, на что он способен. Он часто говорил мне, что судьба преследует его, что он никому не нужен, что жизнь ему в тягость, но в наше время это говорят все молодые люди: такое нынче поветрие, так нынче принято… Меня не это пугает… Дома я сказала, что уезжаю на целый день, но потом вернулась на минутку: оказывается, заходил Эдмон – по-видимому, прямо от тебя – и, не застав меня, тут же написал вот это возмутительное письмо…

Агата. Что же в нем такого?

Зоя. Дело не только в неблагодарности, хотя и это весьма непохвально, но он, такой тонкий человек, умница, прекрасно воспитанный, – и вдруг такие мысли!.. Это пошло… это дурной тон…

Агата(вырывает у нее письмо). Дай же мне! (Читает.) «Все мои усилия напрасны: я снова потерпел неудачу, моим счастливым соперником оказался Оскар… У меня нет больше сил бороться. Прощайте! Вы – мой друг, и только Вам я могу поверить мою тайну: всю жизнь я страдал от несчастной любви… Вот почему это письмо, которое Вы прочтете сегодня вечером, не должно вызвать у Вас жалость ко мне – напротив, порадуйтесь за меня, что я отмучился…» О!

Зоя(берет у нее письмо). Что с тобой?.. Не волнуйся!.. Разумеется, я сейчас же послала за ним, он должен с минуты на минуту быть у тебя, и мы его отчитаем… В самом деле, это безобразие; если всем несчастным влюбленным припадет охота кончать с собой, то что же тогда будет с нами?.. Бедный Эдмон! Я бы потом всю жизнь горевала!

Агата. А я… а я бы умерла!

Зоя(со страхом). Опомнись! Что ты говоришь?

Агата. Я скрывала от него… от тебя… пыталась скрыть даже от самой себя… Да, я люблю его с детства, с той поры, когда он называл нас сестрами: ведь он и правда был для нас тогда братом, другом… а для меня даже больше, чем другом!.. Мне уже тогда нравилась его прямота, его непоколебимая стойкость, его привязчивая и вместе с тем бескорыстная натура, а главное – его бережное отношение ко мне, то, что он постарался схоронить на дне души одну тайну, о которой я догадалась, быть может, раньше его!.. Но я – я вольна распорядиться своей судьбой и своим достоянием, и я, не колеблясь, скажу ему: «Я богата – будьте же богаты и вы! Я люблю вас – будьте же счастливы!..» Зоя, что с тобой?

Зоя. Ничего… Продолжай…

Агата. Но я вижу, что ты…

Зоя. Не обращай внимания – нам не всегда удается сразу себя переломить… Ты хорошо сделала, что открылась мне: на то и дружба… Ты не думай – до сегодняшнего дня я была к нему совершенно равнодушна… Но в этом проклятом письме он никого не назвал, никого не указал… Признаюсь, я сперва вообразила, что он из-за меня… это очень страшно, но в то же время и лестно… (Весело.) Ну, вот и все… Я с собой справилась… И потом, у меня есть муж… Правда, он не всегда со мною ласков, но, как бы то ни было, все сложилось к лучшему и для него и для меня. Значит, милая моя Агата, тебе бояться нечего – люби меня по-прежнему и рассказывай дальше.

Агата. Как ты великодушна!

Зоя(берет ее руку). Говорят, будто женщины не любят друг друга из-за мужчин. Давай докажем обратное! Все в заговоре против Эдмона, а мы с тобой будем действовать в его интересах… Две приятельницы, две школьные подруги тайно и бескорыстно поддерживают бедного молодого человека… Побуждения у нас с тобой честные… Дело наше правое… И да поможет нам бог!.. А еще – женщины!

Агата. Нечего сказать, крепкая опора!

Зоя. А что?.. Чувство товарищества в женщинах сильнее, чем в мужчинах… Уж если женщина им обладает, то это чувство у нее вполне искреннее.

Агата. Да, но женщины далеко не так влиятельны. Вот, например, можем ли мы с тобой вдвоем преодолеть все преграды на пути Эдмона, можем ли мы провести его в депутаты?

Зоя. Конечно, можем!.. Если не сами, так через других, которые сделают это для нас… Но только Эдмон ничего не должен знать о наших замыслах – он скажет, что это интрига, решительно воспротивится или же все испортит.

Агата. Ты думаешь?

Зоя. Убеждена… Но среди наших знакомых есть одно значительное лицо – тебе стоит быть с ним полюбезнее, и этот человек в наших руках…

Агата. Кого ты имеешь в виду?

Зоя. Доктора Бернарде, друга вашего дома, наперсника твоей мачехи… Он так о тебе заботится, так к тебе внимателен, боится, как бы ты не простудилась, накидывает тебе на плечи шаль, носит для тебя в кармане пастилки от кашля…

Агата. Да, я замечала… Но скажу тебе под большим секретом, что он, кажется, ухаживает…

Зоя. За тобой?

Агата. Не за мной, а за моим приданым!

Зоя. Тогда, значит, на нем надо поставить крест – помогать своему сопернику он не станет.

Агата. К кому же обратиться? Как быть? К какому средству прибегнуть?..