— Щщщсс, щщщсс
Прошипели над головой пули, выбив из валуна, горсти полторы гранитной крошки. Максимов — вжался в сырую, чужую землю, лихорадочно меняя изогнутый магазин к "Абакану". Вот мы попали, вот попали…
Канадцы, по идее, должны были уже давно сложить оружие, атакованные высаженным с моря и воздуха спецназом. Должны, но почему то не захотели. Тем более, вместо тыловых подразделений королевских ВВС и одной роты парашютистов, обнаруженных нашей разведкой — канадцев оказалось намного больше. Целый батальон 22 пехотного полка…Как неожиданно, бл. ть!
— Че этот гребанный сорок пятый полк делает? Надрывался в микрофон рации, распластанный на жухлой траве, так же как и Валера — капитан Войтенко. Его ротный.
Действительно, хуле эти разрекламированные спецназовцы, еще не подавили сопротивление? Не обеспечили высадку, первого эшелона грандиозного воздушного десанта?
Авиация со своими задачами справилась на все сто процентов, расчистив небо над зоной высадки от американо-канадских истребителей. Четыре F-15 "Eagle" и два CF-18, были сметены с неба Мигами. Следом, одна из полусотни крылатых ракет Х-101, выпущенных "стратегами" Ту-160 и Ту-95МС, накрыла РЛС на острове Туле, пробив первую брешь в противовоздушном щите Северной Америки. Через каких то пятнадцать минут, в командном бункере командования НОРАД, выдолбленного в скальной породе горы Шайенн, генерал-лейтенант Клайв Бриджес, потребовал соединить его с главой ОКНШ, адмиралу Миллеру.
— Сэр, у нас дыра в системе космической обороны. От Гренландии до Великих Озер выбиты все РЛС…Огромная площадь открыта для вторжения…
— Где ваши "Сентри",Бриджес?
— Наш сбит над Гренландией. Как и два "Игла" из эскорта. Британский Е-3, поврежден и ушел на базу Уоддингтон. Я не могу отправлять людей на верную смерть…Мне не хватает истребителей..
— Прекратите панику, Бриджес! Без вас проблем хватает.
Адмирал, бросил трубку и вернулся в круглый зал оперативного центра ОКНШ. Обстановка в зале, где на креслах, окруженных жидкокристаллическими экранами сидела вся военная и политическая элита США- была близка к панике. Больше всех — психовал сам президент, Ричард Борат Обайя. После вмешательства своего помощника по национальной безопасности — Джонса, президент успокаивался на где — то полчаса, потом опять начинал орать на генералов, требуя немедленного исполнения заранее невыполнимых приказов.
Узнав о массированной ракетной атаке русских на систему НОРАД, президент подскочил на месте и повернул серое лицо к Миллеру.
— Надо немедленно нанести ядерный удар по русским. По двум-трем городам…Надо испугать их… Показать, что мы здесь играем во взрослые игры!
— Ээээ сэр…Но русские же нам ответят…У нас не хватит бульдозеров для уборки улиц от трупов! Отозвался Миллер, лихорадочно ища поддержки у окружавших его военных.
Обайя ничего не хотел слушать, орал, стучал кулаками, пока наконец не был уведен собственной охраной. Отдохнуть и получить в свой шоколадный президентский зад, пару успокоительных уколов.
— Мы здесь больше двенадцати часов сидим, заседаем. Без всякого толку. Ни одного решения не приняли. А война, между прочим, не прекращается ни на минуту. Генерал Оскар Харнетт с раздражением откинулся на высокую спинку.
— А какие могут быть решения, Оскар? Применить "большую дубину". Вопрос — где и когда..
— Вот Стрельченко с таким вопросом не мучился. Выбили из строя всю нашу электронику и половину спутников, теперь добивают корпус Коуна- танковыми атаками.
— Господа. У нас с минуту на минуту может случится апокалипсис, вы устраиваете здесь разборки…!
Бесконечная болтология в командном бункере ОКНШ — сделали свое дело, среагировать должным образом на высадку десанта в Кефлавике, союзники не успели.
