— Раз по земле нельзя, попробуем по воде. Кологрив, усмехнулся. — Вряд ли нас там косые, ждут, майор. Их пограничная охрана, так- херня на постном масле. Катера с КПВТ. Для наших амурцев- это семечки. Основная проблема — батареи. Держат протоки под прицелом. Сунемся без поддержки, покрошат в миг.
— Вы серьезно, господин генерал?
— Нет, Пшеничный, я здесь прикалываюсь над тобой!!! Заорал Кологрив. Сказал, б…ть, по воде пойдете! Приказ был такой- ворваться в Хабаровск. Ворвемся — удерживать его не надо. Пошумим немного — потом свалим.
— Показуха? Для высокого начальства?
— Нет, Пшеничный! Боевая операция. С вами пара съемочных групп пойдет. С центрального телевидения. Будут снимать весь ход операции..
"Это — точно пиз..ц. Живыми оттуда не выбраться."
— Господин генерал. Там же китайцев — как грязи ….
Неожиданно, Кологрив, хлопнул себя ладонями по коленям.
— Поверил про десант на набережную Хабаровска?! Значит и косые поверят. Десант из штрафников будет. Билет в один конец. Пластуны- Тунцзян будут брать. На той стороне.
— Цель?
— Босяцкий набег. Высаживаетесь, наводите шорох, обязательно наш флаг над центральной площадью. Телевизионщики- это все снимают, затем сваливаете. В городе — легкая пехотная бригада из мобилизованных и полк пограничников. С ними — придется повозится. Пока китайцы поймут, что удар в другом месте, вы уже должны закончить. Из хороших новостей — бронетехники и тяжелой артиллерии у китайцев в том районе, нет. Уже все израсходовали.
Артем понял. НОАК — слишком резко начали войну, не думая о потерях. В итоге потеряли множество современной техники за неполные две недели войны. Особенно пострадали — авиация, флот и бронетехника. И хотя, старья у них было еще полно на базах хранения — эффективность возможностей китайской армии, резко упала. Тоже самое, можно сказать про Генштаб НОАК- и так не блиставший изяществом и оригинальностью своих действий. От Владивостока до Читы — китайцы перешли к классической войне на истощение, бросая в лобовые атаки массы плохо обученных резервистов из вчерашних крестьян и сковывая ответные действия русского командования. Тем самым обеспечивая свой грандиозный обходной маневр через казахстанские степи и удерживая стратегическую инициативу.
Генерал армии Усольцев, как и главком восточного ОСК — понимали, что компания будет бездарно провалена в ближайшие пару недель, если не удастся перехватить инициативу и сбить активность НОАК. Вариант перехвата — был только один. Много мелких укусов, на крупные операции у Лисицина, сил не было. Запутать противника, заставить нервничать, ошибаться, вынудить перебросить часть элитных войск из Средней Азии сюда, на Дальний Восток. А там глядишь и войска с Западного направления начнут прибывать. А пока — надо изворачиваться. Голь она, как известно, на выдумки хитра.
Генерал-полковник Лисицын, яростно бомбил Москву шифрограммами с просьбами разрешить применить электромагнитное оружие, но Генштаб — был категорически против. Причины этого были главкому неизвестны, но приказ-есть приказ. Осталось применять тактику "комариных укусов".
Амурскую пластунскую бригаду с трудом выдернули из под Благовещенска и снова на вертолетах — перебросили под Хабаровск. Слава Богу обошлось без древних птеродактилей Ми-6, напугавших Артема в предыдущий раз до потных подмышек. Перебрасывали на трех Ми-26 и десятке Ми-8МВТ-5 из бригадного вертолетного полка. Пару раз, патрулирующие воздушный коридор "миги"- сцеплялись с китайскими истребителями, пытавшимися пробиться к пятнистым тушам вертолетов. Ощущение не из приятных, прямо скажем. Когда видишь яркие вспышки на небе и горящие обломки самолетов на земле. Летишь и молишься на пилотов-сам ничего сделать не можешь. Повезет — не повезет.
В тайге, сильно доставала мошкара и сырость от дождей, которые начались. Когда дождь- мошкары нет, но сыро и противно. Потом появляется мошкара, а сырость не уходит. Так что с дождем — оно лучше. Еще с Кавказа, Артем выучил пластунскую хитрость- дождь в делах помощник. И следы смоет и врага поможет врасплох застать.
— Господин генерал-майор, разрешите? В палатку засунул голову адъютант Кологрива- лейтенант Чепиков.
— Чего тебе?
— Прибыли из штаба корпуса.
— Зови давай…
В палатку, откинув противомоскитный полог вошли трое. Одного, подполковника Никиту Ерёменко из штаба 29 армейского корпуса — Пшеничный уже знал, по боям за Белогорск. Двумя другими оказались моряк, смотревшийся очень странно в черной морской пилотке с "крабом" и якорем на предплечье камуфлированной куртки среди дремучего леса. И еще девушка. Настоящая такая, симпатичная весьма девушка в аккуратном пятнистом комбинезоне и короткой, но толстой косой, лежащей на правом плече. У девушки было миловидное личико и прекрасные, изогнутые брови. Довершал облик, берет без кокарды, неопределенного цвета, который она сжимала в руке. Рука была маленькой, но крепкой. Артему бросилось в глаза, темно — вишневый лак для ногтей, смотрящийся еще более неуместно, чем облачение анонимного моряка.
